Кадры решают все!

– Это верно, – согласилась я, осматриваясь по сторонам.

Прямо напротив этой новенькой девятиэтажки стояла еще одна, но уже порядком потрепанная временем. Она не была слишком уж заброшенной и рушащейся, кое-где имелись даже новенькие пластиковые окна, и можно было понять, что в доме проживает немало состоятельных людей, но все же рядом с красавицей новостройкой выглядела запущенной. Кроме этих двух домов тут имелись и два других. Но их я в расчет даже не брала, так как высота обеих построек не превышала трех этажей, тогда как нужная нам особа жила на пятом.

– Как думаешь, из какого окна можно было сделать такой снимок? – обратилась я с вопросом к Виктору.

Тот молча посмотрел на дом, а затем попросил у меня фотографию. Я послушно отдала ее и стала ждать версий. Прошло несколько минут, но Виктор все колебался, видимо, не зная точно, откуда и какой вид открывается для обзора.

– Может, стоит подняться наверх и посмотреть оттуда, – предложила я. – Ведь окна соседки, насколько мне известно, смотрят туда же, куда и окна нашей пострадавшей.

Виктор кивнул, и мы направились к подъездной двери. Попав в подъезд, поднялись по ступеням до лифта и поехали наверх. Достигнув пятого этажа, вышли, и Виктор позвонил в дверь квартиры Бабенковой.

Открыли нам не сразу: видимо, хозяйка была чем-то занята. Когда же женщина увидела меня, то радостно воскликнула:

– Как я рада вас видеть! Проходите, пожалуйста. – Она обернулась в квартиру и крикнула: – Андрей, поставь чайник.

– Вы не одна? – переступая через порог, спросила я.

– С мужем. Он как раз на работу собирается, только что встал. У него сегодня до обеда отгул, так что мы отдыхали.

Из другой комнаты выглянул симпатичный мужчина, приветливо кивнул нам и тут же исчез. Я успела только заметить, что муж Бабенковой брюнет, возможно, даже, только на половину русский.

Мы с Виктором и Ромкой прошли в коридор, разулись, и хозяйка повела нас в кухню.

– Милиция вас больше не тревожила? – поинтересовалась я у женщины.

– Нет, пока нет, – с усталостью в голосе, ответила та. – Видимо, сейчас не считают это нужным. Да и куда я денусь?

Женщина поставила перед нами на стол три одинаковые чашки и занялась перемалыванием кофе, одновременно с этим ведя разговор.

– Я в отделение-то звонила, – принялась рассказывать Светлана Ивановна. – Хотела узнать, есть ли что-нибудь новое. А они сказали, что дело у них кто-то забрал. Так что теперь неизвестно, что будет.