Нервы на пределе

Я снова залила чайник водой, и тут Маринка, появившись в кухне, села на табурет и начала дрожащими пальцами доставать из моей пачки сигарету.

Посмотрев на нее, я поняла, что, похоже, дело одной несчастной любовью не обошлось, случилось что-то и похуже.

И, к сожалению, я не ошиблась.

– Оля, – одними губами проговорила Маринка, – у меня проблемы.

– Проблемы есть у всех, – с ходу ударилась я в философию, щелкнула кнопкой чайника, села за стол напротив Маринки и приготовилась развесить уши.

Приближалось излияние, как я заметила, а у Маринки это всегда не на пять минут.

– Если ты просыпаешься и у тебя нет проблем, значит, ты уже умерла, – со вздохом закончила я свою умную мысль, но Маринка даже не улыбнулась.

– Оля, ты не поняла, – так же тихо продолжила Маринка, – ты не поняла, я совсем влипла. Все! Теперь меня убьют… или посадят…

– Что!? – воскликнула я, но несерьезное отношение к вечным Маринкиным загонам и тут не отпустило меня.

Я не сдержалась, с озабоченным видом поинтересовавшись:

– Тебя убьют, говоришь? Из рогатки? Или заставят обожраться пирожными? Кошмар! Ужас!

Однако мой ненавязчивый юмор произвел на Маринку совсем не то впечатление, на которое я рассчитывала.

Маринка не надулась и не насупилась, а рухнула на пол, словно ей на табурете было неудобно сидеть, закатила глазки и разревелась в полный голос, продолжая бормотать, что ее убьют, ей теперь не жить и бежать от убийц некуда.

Я почему-то моментально ударилась в панику: слишком уж сильно на меня подействовали эти крики.

Таких фокусов я никак не ожидала. Умеет Маринка продемонстрировать что-то свеженькое и неожиданное в самый неудачный момент.

– Ты что, рехнулась, милая моя? – догадалась я, поднимая ее с пола. – Хватит рассиживаться на полу, я его еще не подмела. Давай рассказывай все не торопясь, медленно и подробно. А не так, как ты любишь, все вверх тормашками и начиная с середины.

– Сварю кофе, – всхлипнула Маринка и не удержалась, чтобы подло не укусить меня: – Ты же все равно не умеешь…

Я только фыркнула, но промолчала.

Если Маринка изволит так плоско шутить, значит, не все еще потеряно в ее непутевой жизни.

Готовя кофе, Маринка перестала всхлипывать и смогла наконец нормально говорить.

– В субботу ко мне домой прибежал, – тихим голосом начала она свое повествование, – можно сказать, даже примчался, Виталик…

– А кто это? – об этом моменте Маринкиной жизни я была совершенно не наслышана и, естественно, захотела подробностей.