Не гони лошадей

Все чистенькое, беленькое, травка, как по линеечке. Старушки-мамаши ходят, охают, ахают.

Только я воробей стреляный, меня на мякине не проведешь. Пальцем до чистенькой зеленой стенки дотронулась, так и прилипла. Ясно, покрашено в аккурат к этому самому дурацкому дню. В столовую пригласили отведать что бог послал. Первое, второе, третье. Курорт, да и только. Ну, этот фокус мы тоже знаем, какая же хозяйка для гостей не расстарается? А приглядишься: лица осужденных – синюшные, осунувшиеся, под глазами круги темные… А эти все конференции созывают – показушных дел мастера.

Так что я на конференцию не пошла, отправила Сергея Ивановича. Кряжимский – старейший по возрасту сотрудник нашей газеты, ему посидеть спокойно, послушать, вопросы позадавать в тепле – как раз по возрасту.

Ну а я благодаря звонку Капралова оказалась самой первой на месте трагедии, после представителей органов, разумеется. «Гаудеамус» ничуть не изменился со времени моего студенчества. Здесь все так же уютно, все так же пахнет хорошо сваренным кофе и свежими рогаликами (фирменный рецепт).

Только обслуга новая. Но это понятно, в кафешке всегда подрабатывали студенты. Так было заведено очень давно, я и сама, помнится, на втором курсе семестр подрабатывала, пока в заводскую многотиражку не пристроилась. Платили там по тем временам прилично, а работы как раз столько, что она легко совмещалась с учебой, да плюс практика.

В этот час в кафе было малолюдно, вероятно, из-за происшествия отменили занятия, и все студенты разбрелись по домам.

Сережа одиноко сидел за дальним столиком, перед ним стояла бутылка пива и тарелка с орешками. Это тоже нововведение, в наше время пиво было запретным плодом в студенческом кафе, «облико морале» запрещало.

– Здравствуй еще раз, – произнесла я, подсаживаясь к парню.

– Здравствуйте, Ольга Юрьевна. Пива хотите?

– Нет, спасибо, а вот от кофейку, пожалуй, не откажусь. Рогалики тут все такие же вкусные? – поинтересовалась я, доставая диктофон.

Капралов встал и через минуту принес мне кофе и тарелку с еще теплыми рогаликами.

Сережа рассказал мне, что произошло. На истфаке учится его подружка. Они договорились, что он подождет ее в библиотеке. У той оставалась еще одна пара, как раз у профессора Карташева.

Карташев был пунктуальный и дотошный, пропускать его лекции, а тем более семинары могли только камикадзе. Прогульщикам удавалось сдавать экзамены с третьей или пятой попытки.