Наследница всех капиталов

Неужели я старею и уже не способна доносить информацию до читателя? Что-то мне это не очень нравится…

Еще раз пробежав глазами Маринкино произведение, а заодно и второе, оказавшееся столь же удачным, я отложила бумагу в сторону и решила, чтобы не забивать себе голову всякими нехорошими мыслями, еще раз проверить расположение статей на различных полосах газеты. Что-то все-таки нужно было теперь делать, раз уж за меня все написано. Открыв необходимые файлы, я сумела заставить себя сосредоточиться и почти забыла о тех странностях, которые стали вдруг происходить с нашей Широковой.

– Ольга Юрьевна, к вам старушка. Говорит, что хотела бы дать информацию для новой статьи. Пригласить?

Немного растерявшись от такого официального ко мне обращения своей подруги, я не сразу нашла что ответить, но потом вдруг таким же официальным тоном разрешила Широковой посетительницу пригласить.

Она была темноволосой, невысокого роста, худощавого телосложения. Карие глаза женщины были обрамлены редкими, почти невидимыми ресницами. Губы посетительницы в данный момент были слегка подкрашены ярко-красной помадой. На женщине было темно-синее длинное платье, подпоясанное ремешком. И вообще, вид у моей гостьи был такой, что называть ее старушкой или бабушкой было как-то не совсем удобно, но… другого определения для людей данного возраста еще не придумано.

Войдя в мой кабинет, женщина поздоровалась и замерла у двери, неловко замявшись на месте.

– Да вы проходите, не стесняйтесь, – указывая на стул, произнесла я. – У нас здесь все по-простому.

– Да, я заметила, – скромно откликнулась посетительница и натянуто улыбнулась. Затем села на стоящий напротив моего стола стул и, сложив руки на коленях, стала их мять, заметно нервничая и как будто ища слова, чтобы начать свой рассказ.

– Моя секретарша сказала, что вы хотели нам что-то сообщить, – первой начала я, понимая, что, раз старушка пока еще не решается перейти к делу, надо ей немного помочь. – Я очень внимательно вас слушаю, говорите.

– Дело мое, конечно, может показаться вам совершенно мелочным и недостойным внимания, но я просто больше не знаю, что мне делать и куда податься, – расстроенно и с болью в глазах начала рассказ пожилая женщина.