Любовник в отставке

Лариса слегка смутилась, но не подала виду, сообразив, что блондинка не заметила, как она рыскала по шкафам в комнате. Котова улыбнулась и повторила девице свою легенду о риелторской фирме.

– Отец никогда не сдавал дом, – подозрительно заметила та.

– Значит, он изменил своим привычкам.

– Я понимаю почему.

Голос Вероники был высоким и даже тонким.

– И почему же? – поинтересовалась Лариса.

– Вас это не касается.

Вероника смахнула с лица непослушную челку, обнажив миру сердитый взгляд. Лариса отметила про себя нечто общее между отцом и дочерью.

Но вот Вероника провела по лицу пальцами с серебряными ноготками, унизанными огромными серебряными кольцами с выпуклыми камнями, и как бы стерла с него злобное выражение. Лариса еще раз извинилась за вторжение и сказала, что ей осталось осмотреть ванную, а уж потом она освободит хозяев от своего присутствия.

Котова спустилась на первый этаж и увидела увлеченного работой Арифа. Он был весь в испарине и полностью погружен в себя. Лариса остановилась за спиной художника и стала рассматривать полотно. Это была одна из тех картин, про которую только автор знает, окончена она или нет. Лариса в жизни не видела ничего подобного. Среди клубов дыма вырисовывалась ссутулившаяся фигура типичного уркагана. На его голых плечах были вытатуированы погоны, а взгляд исподлобья не предвещал, как показалось Ларисе, ничего хорошего.

Картина была выполнена четко, в классической манере, и если бы не уголовный облик изображенного на портрете мужчины, то она вполне бы сошла за полотно какого-нибудь фламандца шестнадцатого века.

Ариф отступил чуть назад и наткнулся на Ларису. Окинул ее угрюмым, сосредоточенным взглядом.

– Что, нравится? – спросил он.

– Довольно интересно, – уклончиво ответствовала Лариса. – Как называется это полотно?

– «Некоронованный король», – задумчиво ответил Ариф.

– Да, спасибо, я закончила. Вы когда собираетесь съезжать?

– Не знаю, это не от меня зависит. – Вместо недавней сосредоточенности во взгляде Арифа появилось напряжение.

– Вы же говорили, что на днях, – напомнила Лариса.

– Может быть, через неделю, а может, и раньше, – рассеянно произнес Ариф.

– Через неделю, – донесся сверху голос Вероники.