Идеальных преступлений нет

Славка ремонтировал любые камеры от «леек» до «Никонов» и «Кодаков». Это было его страстью и единственной в жизни любовью. Даже жену свою, дородную красавицу Наташу, Славка часто просто не замечал, погруженный в размышления о том, как сделать камеру для съемки в высокотемпературной среде, которую ему заказал какой-нибудь НИИ. Мою просьбу – спрятать фотоаппарат в сумочку так, чтобы на нем можно было работать незаметно для объекта съемки, Славка выполнил за неделю.

Влад о секретах наших с Маринкой сумок не подозревал, хотя я и не была в этом полностью уверена… Вот когда мы соберемся уходить отсюда, посмотрим, станет ли он проверять, что у нас в изящных дамских сумочках, которые мы не выпускаем из рук.

– Лиза, дай, пожалуйста, бланки контрактов, – сказал Влад блондинке, и она принесла четыре листочка, на каждом из которых стояло крупно: «Трудовое соглашение». А ниже шел какой-то текст.

– Это еще что? – спросила я. – Зачем?

– Скоро будет принят закон, регламентирующий нашу с вами деятельность…

Я хмыкнула, оглядев его с ног до головы, но промолчала.

– Я человек законопослушный, – продолжал он, не обращая на меня внимания. – Все, кто у нас работает, подписали контракты, в которых оговорены условия их работы и оплаты.

– Давайте сюда вашу макулатуру, – сказала я, забирая бланки соглашений. – Я сама заполню. Только учтите – мы работаем в паре. В свое соглашение я пишу – восемьдесят ежедневно, а она поставит у себя прочерк в графе «Оплата».

Зачем мне все это нужно было, я не могу объяснить, я просто «чумилась», поддерживала имидж.

Я нашла графу «Оплата», вписала туда цифрами и прописью – «восемьдесят долларов США» и, секунду подумав над графой «Фамилия, имя, отчество», написала – «Илона Ольгердовна Бойковичуте». Мне показалось тогда это забавным. Что написала Маринка, я не посмотрела.

Следуя указаниям Влада, мы с Мариной поднялись на второй этаж по широкой мраморной лестнице, которая заставила меня вспомнить наш тарасовский художественный музей, и оказались в не менее широком коридоре, расходящемся вправо и влево от центрального холла.

«Охранники, – поняла я. – Ну да, Виктор и говорил – трое».

– Это и все ваше войско? – спросила я, кивнув на парней в креслах.