Гвоздь программы (сборник)

 – А я-то никак не могла взять в толк, почему при его виде у меня не возникает ничего, кроме жалости и иронии. Чего мы тогда расследуем? Все равно ему уже столько лет, что хочется плакать от неожиданной встречи с вечностью!

– Саша, – назидательно молвил Ларчик. – Я иногда начинаю подозревать тебя в полнейшей несерьезности.

– Чего подозревать? – обнаглела я. – Я когда-нибудь вела себя серьезно?

– Нет, но я-то считал, что раз ты у нас спец по старофранцузскому…

– Ох…

Я рассмеялась.

– Ларчик, неужели ты и вправду считаешь, что нормальный человек станет этим заниматься? Это во-первых.

Только после того, как я произнесла это, я вдруг с ужасом осознала, что назвала его по сразу утвердившейся в моем сознании кличке. Он интеллигентно промолчал, кашлянув, а я почувствовала, что мои щеки заливает горячая волна. Кажется, я сейчас стану пунцовой, с тревогой подумала я. Интересно, пойдет моим рыжим волосам пунцовый цвет?

– Извини, – пробормотала я.

– За что? – сделал он удивленные глаза.

– За Ларчика.

– Саша, милая. Ты же не назвала меня Ларьком. А Ларчик – довольно мило звучит. Можешь называть меня так и дальше.

– В ответ на этакую любезность позволяю тебе именовать меня Морковкой.

– Как? – переспросил он.

– Морковкой, – повторила я, окончательно окрасившись в багровый цвет.

Он окинул меня долгим взглядом и вдруг начал смеяться. Конечно, уныло подумала я, если учесть, что я вся сейчас такого красного цвета, то «Морковка» подходит мне как нельзя лучше.

– Хорошее название. «ЛМ». Ларек и Морковка. Детективное агентство.

Да уж, согласилась я. Ничего себе детективы…

– Если честно, мне не очень нравится, когда меня зовут Морковкой посторонние люди, – пробурчала я. – Это позволительно лишь для избранного круга близких мне лиц.

– Так я тоже не в восторге, когда меня именуют Ларьком, – хмыкнул он.

– Тогда зачем нам обнародовать наши подпольные клички? – поинтересовалась я.

– А мы и не будем, – пообещал он. – Пусть голову ломают, почему мы «ЛМ». Может, мы очень любим эти сигареты.

– Я люблю «Монте-Карло», – сообщила я. – А я вообще не курю, но это неважно. Так давай вернемся к Тарантулу. Выяснить мне удалось пока не много. Тарантулу сорок два года. У него медицинское образование. До тридцати лет он подвизался в качестве анестезиолога в одной из местных больниц.