Дурной пример заразителен

Никто даже не спросил у нас пропуска.

На втором этаже, помимо кабинета Хохловой, располагался и профсоюзный комитет, и кабинеты заместителей Нелли Максимовны, и юридической отдел. Все двери были закрыты. Костик осторожно постучался в дверь, на которой красовалась табличка с надписью «Генеральный директор ЗАО «Хладокомбинат «Прохлада» Нелли Максимовна Хохлова», и открыл ее.

В приемной, кроме секретаря, было еще несколько посетителей. С краю сидел полноватый мужичок с плешиной на голове, в строгом костюме.

Он держал в руках солидную папку, набитую бумагами. За ним расположилась худенькая женщина пенсионного возраста, которая смотрела в пол, даже не поднимая взгляда.

– Добрый день, Нелли Максимовна у себя? – поинтересовалась я.

– Да, а что вы хотели? – спросила секретарша, женщина средних лет в очках в огромной оправе. – Вы по записи?

– Нет, мы не записывались, – честно призналась я. – Но нам нужно поговорить с генеральным директором.

– По какому вопросу? – спросила дотошная секретарша, поправив очки, съехавшие почти на кончик носа.

Мы с Костиком переглянулись. Сказать, что по личному? Но это же не так. По деловому вопросу? Это тоже не пойдет.

– Нам надо с ней поговорить, – повторилась я, не найдя никакого ответа на вопрос секретаря.

– Подождите немного, – предложила она нам занять места на стульях, выстроенных в ряд.

Мы с Костиком присели. В приемной царила гробовая тишина, и только еле слышно из кабинета директора доносился голос, наверное, самой Хохловой, которая с кем-то беседовала по телефону.

Разобрать что-то в ее разговоре было невозможно.

Когда голос в кабинете стих, плешивый мужичок вежливо спросил у секретаря:

– Может быть, Нелли Максимовна освободилась?

– Я сейчас спрошу, – с готовностью ответила секретарь, протопала к кабинету и приоткрыла дверь. – Нелли Максимовна, к вам Степан Игоревич, можно?

Ответа Хохловой я не расслышала, но секретарша тут же возвратилась в приемную и пригласила плешивого мужичка. С его уходом в приемной стало как-то уютней.

Женщина, которая сидела перед нами, подняла голову и уже с интересом осматривалась по сторонам. Мы же с Костиком в нетерпении посматривали на часы. Я даже и не думала, что нам придется ждать встречи с Хохловой в приемной.

– Я не решаю эти вопросы, – неожиданно отчетливо послышался голос Хохловой из кабинета. Он показался мне строгим и раздраженным.

Женщина, сидящая рядом, встрепенулась и покосилась на дверь кабинета.