Полукровки

Казалось, что никто из присутствующих не то, что пошевелиться, не смеет даже дышать. Все смотрели на Прорицательницу. Та сначала молча сидела в кресле, вытянувшись, как струна, а затем резко поднялась и молча покинула зал.

Дядя Аритши громко сообщил всем, что отправляется спать. Гости спешно засобирались по домам.

Милиса вопросительно посмотрела на сестру, и она в ответ пожала плечами. На словах этот диалог звучал бы так:

– Как ты думаешь, это серьезно?

– Понятия не имею.

Однако девушки слишком хорошо знали друг друга, потому часто разговаривали взглядами.

Не сговариваясь, сестры одновременно поднялись с дивана и, попрощавшись с Райсодом, пошли в свои комнаты.

На следующий день Милиса проснулась от грохота. Она спешно оделась и выскочила в коридор. Там перед ее сонными глазами предстала следующая картина: какие-то мужчины в серых униформах долбили каменный пол в углу коридора огромными молотками. Руководил этим процессом ее отец. Милиса поняла, что строительства лифта им избежать не удастся.

И, судя по тому, как неожиданно легко разлетались камни, лифт должен был появиться очень скоро.

Милиса угадала. Уже через неделю лифт был готов. Ей он сразу не понравился, однако отцу она об этом сказать не посмела. Аритше же было все равно. Ей лишь бы никто не мешал целыми днями спать, а по ночам летать над городом на Ктаре. Сестра лишь однажды подошла к лифту, заглянула в него, изрекла: «И всего-то?». И гордо удалилась под возмущенные крики дяди: «Что значит: «всего-то?!»».

Тем временем лифт начал жить. Он шумно двигался по приказу хозяина вверх и вниз по этажам, притворяясь, что ему это нравится. Но Милиса чувствовала, что он врет. Сначала девушка думала, что она слишком мнительна и сама все это придумала. Однако, скоро выяснялась странная вещь: никто кроме ее отца не решался пользоваться новым механизмом. Как сказала Милисе одна из служанок: «Я и раньше видела лифты, но этот… Ни за что в него не залезу.».

А потом отца вызвали на собрание правящего совета, и он уехал в город.

По прошлому опыту Милиса знала, что это займет у него не меньше двух недель. В доме стало тихо. До тех пор, пока лифт не заработал сам.

Через пару дней после отъезда отца ночью Милиса проснулась от знакомого шума. Девушка некоторое время пыталась сообразить, кто бы мог запустить механизм. Ничего не придумав, она накинула халатик, усыпанный желтыми розами, и вышла из комнаты.

Перед дверью лифта собрались две служанки и садовник.