Чушь собачья

 – Новосибирск? Хабаровск? Честное слово, не помню!

– Видимо, он нездешний, – заключила я. – Это как-то удивило участкового?

– Да, он еще спросил, что этот тип здесь делает. И тот, знаете, нагло так ответил, что проводит отпуск на даче своего друга, и законом это, мол, не запрещено… Отпуск! Это более трех месяцев. Вы слышали что-либо подобное?

– Ну, у некоторых категорий работников и раньше были продолжительные отпуска, – заметила я. – А уж в наше нестабильное время… Только меня смущает такой момент – вы говорите, более трех месяцев.

Не с апреля же он живет на даче?

– А что? – недоуменно посмотрела на меня Токмакова. – Домик там вполне пригоден для жилья, оснащен АГВ… Да, соседи говорили, он появился там уже в апреле, это точно! Но, в конце концов, это неважно. Важно, что потом они с участковым уединились на пять минут в комнате и о чем-то там шушукались, после чего милиционер явно принял его сторону. Вам это не кажется странным?

– Вот как раз странным мне это не кажется, – сочувственно сказала я.

 – Но, поскольку свидетелей их уединения у нас нет, не будем об этом. Лучше расскажите, как найти дачу этого Гаврилова. Я завтра же съезжу туда и попробую с ним побеседовать.

– Ради бога, будьте осторожны! – с беспокойством взглядывая на меня, сказала Любовь Георгиевна. – Мне не хотелось бы, чтобы от этой собаки Баскервилей пострадала такая очаровательная женщина, как вы! Может быть, вам стоило бы предварительно договориться с участковым?

– Не волнуйтесь, – успокоила я ее.

 – Мы поедем вместе с фотографом. Виктор – человек военный, служил в разведке. С одной собакой он уж как-нибудь справится.

– Ну, хорошо, – с сомнением произнесла Токмакова. – К сожалению, мы с мужем оба завтра заняты. Но, может быть, так вам даже будет удобнее. В общем, слушайте! Вы доедете автобусом до конечной остановки в Затоне…

– Мы поедем на машине, – поправила ее я.

– Ага! – Любовь Георгиевна на секунду задумалась, а потом попросила листок бумаги и карандаш.

 – Тогда я лучше начерчу вам план. Так вам будет легче разобраться. И потом, наверняка там кто-то будет из дачников – они подскажут.

Она набросала на бумаге довольно подробную схему участков и протянула ее мне. Однако на лице Любови Георгиевны явственно читалось сомнение.

– Знаете, вот сейчас мне начинает казаться, что я зря отнимаю у вас время, – сказала она.