Блондин – личность темная (сборник)

* * *

Дело жизни свершилось. Пистолет теперь валялся в каком-то мусорном баке. Да это и неважно. Главное – наконец цель достигнута. И странно… Сначала была радость, теперь наступило опустошение… Необычное ощущение – опустошенность, тоска… Говорят, такое бывает после периода напряженной деятельности. Но это пройдет. А в общем и целом – была радость от того, что наконец месть свершилась. То, что так долго вынашивалось – воплотилось в жизнь. Прошлого этим, разумеется, не вернуть – зато совесть теперь чиста. И ничто не довлеет над сознанием.

Хорошо было идти по солнечной улице города к своему убежищу, видеть удивленные глаза прохожих. Наверное, улыбка на лице выглядела непривычной, как маска, сквозь которую проглядывают клыки. И никому не было дела, что «клыки» сами – маска. Маскарадный костюм…

Никому не придет в голову связывать смерти в городе с той давней историей. Очень давней… Конечно, давней не для всех остальных – не так уж много и времени прошло. Но порой казалось, что минула целая жизнь.

Тополя еле слышно шуршали листвой, в воздухе растворялся аромат каких-то цветов. По набережной шли девушки в купальниках и ничего не скрывающих платьях. Это внушало чувство какого-то спокойствия.

* * *

– Сашка, что у тебя с лицом? – хорошо меня зная, удивился Ванцов, когда мы вошли в кабинет. И высказал не самую умную в мире догадку: – Наверное, снова твое юное сердце воспылало сочувствием к какой-нибудь несчастной жертве?

– Ну и что? – фыркнула я.

Я плюхнулась на стул, а Ванцов захлопнул лежавшую на столе картонную папку, на которой я разглядела надпись: «Волощенко Н., Дело № …», и стремительно перевернул ее, сунув под толстую стопку бумаг.

– Сашка, не впутывайся! – рявкнул Леша. – Ларикову пожалуюсь.

– Лешенька, я уже большая девочка, – фыркнула я.

Ванцов с сомнением смотрел на меня, и я поспешила его обрадовать:

– Лешик, если ты не поможешь мне с информацией, я сама попытаюсь ее добыть. Вот тогда и могу заполучить множество проблем. – Это, конечно, игра на нервах, но действенная!

– Ну что тебе надо знать? Звали этого человека Владимир Сергеевич Ламовский. Он обычный гопник, то есть нахальный ворюга. Его застрелили.