Без шума и пыли (сборник)

Я запустила двигатель и, пока он прогревался, привела свою голову в божеский вид, не слишком, впрочем, усердствуя. Я уже включила поворотник, собираясь отчалить, как запиликал мобильник. Поставив рычаг переключения передач в нейтральное положение, я вытянула антенну и поднесла трубку к уху.

– Оленька, – услышала я голос Кряжимского, который радовался, словно мальчик, – я узнал!

– Что вы узнали, Сергей Иванович?

– Как что? – удивился он. – То, что ты просила – где у нас можно найти стрихнин.

– И где же?

– Я должен был сразу догадаться, – начал самобичевание Кряжимский.

– Господи, какая собака, Сергей Иванович? – Теперь настала моя очередь удивляться.

– Ну как же, я недавно тебе говорил, что приятель просил меня найти стрихнин для его собаки.

– Да-да, я вспомнила.

– Ну так вот, стрихнин, оказывается, используют для лечения нервных и психических отклонений, а значит, он может быть в городской психиатрической клинике, – гордо закончил Кряжимский.

– Спасибо, Сергей Иванович, вы молодец, – похвалила я его, – оперативно сработали, занимайтесь пока газетой, а я еду в «Сириус».

– Тебе что-нибудь уже удалось узнать? – поинтересовался он.

– Да, – ответила я, – я узнала, где в нашем городе можно приобрести кокаин.

– А зачем тебе кокаин, – недоумевал Кряжимский, – это же наркотик.

– Действительно, мне он не нужен, – вздохнула я, – зато информация о том, где его можно найти, бывает иногда очень даже полезной.

Я еще раз поблагодарила Кряжимского и нажала на газ. Начинался час пик, но мне удалось кружными путями добраться до Дома молодежи, где располагалось модельное агентство «Сириус», минут за пятнадцать. Еще через несколько минут с огромной коробкой шоколадных конфет под мышкой, прихваченной мной в супермаркете, я проследовала мимо зала, в котором вчера произошла эта трагедия, и ступила в широкий коридор. В него выходило несколько дверей, на каждой была прикреплена латунная табличка.

Пройдя мимо двери с табличкой «директор», я остановилась напротив репетиционного зала. Постучав для проформы пару раз, я открыла дверь и оказалась в просторной комнате с большими зеркалами на стенах и с балетным станком. «Да, – подумала я, – для того чтобы несколько минут сверкать на подиуме, нужно ежедневно потеть у станка. Не позавидуешь их работенке».

Зал казался совсем пустым, но из-за ширмы, стоящей в его дальнем конце, слабо доносились голоса.