Африканские страсти

Я даже хотела ему отказать, но он сказал, что заплатит в долларах. Сейчас это как-то постабильнее, чем рубли. К тому же его зовут прямо как моего первого внука – Андрей. Я его Андрюшей и звала. А у меня дочка недавно вышла замуж. Скоро родить должна. Деньги очень нужны, – зачем-то суетливо стала оправдываться она. – Комната ему понравилась, к тому же я на дачу должна была уехать.

– А вы не боялись, что он вас ограбит?

– Да что у меня брать-то! – развела она руками, призывая гостей в свидетели того, что брать у нее действительно нечего.

– А вас не удивило, что иностранец не хочет останавливаться в гостинице?

– Удивило, конечно, – утвердительно кивнула хозяйка. – Только эти иностранцы – они тоже все со странностями. Может, он сэкономить хотел. В гостинице-то поди дороже. К тому же и приготовить у меня можно самому. А то с их ресторанской пищи совсем загнуться можно.

Галина Семеновна махнула рукой, демонстрируя свое пренебрежение к любому проявлению общепита и уверенность в превосходстве домашней кухни.

– А с кем он общался, вы не в курсе? – рассматривая фотографию в серванте, спросил Карташов.

– Говорю же, что меня здесь не было, – как-то слишком раздраженно ответила Галина Семеновна. – Откуда я могу это знать?

– А может быть, нам его комнату осмотреть? – предложила Лариса.

Эта бабка начинала ее раздражать.

– Да, пожалуйста, проходите, – отойдя от двери, у которой она стояла, пробурчала хозяйка.

Карташов с Ларисой прошли в комнату.

В этот момент в дверь позвонили. Лариса и Олег почти одновременно вздрогнули и переглянулись.

– Вы кого-то ждете? – шепотом спросил Карташов.

– Нет, – так же шепотом ответила Галина Семеновна. – Открывать можно?

– Конечно, можно, – разрешил Карташов. – Только я, пожалуй, постою рядом с вами.

Приоткрыв дверь сначала на цепочку, Галина Семеновна обнаружила на лестничной площадке свою соседку из квартиры напротив, Марью Васильевну.

– Ты приехала, что ли? – начала соседка, еще не переступив порог. – А то я смотрю тебя совсем не видно, а ходит только какой-то негр. Просто жуть!

Марья Васильевна зашла в прихожую и тут же, увидев посторонних людей, осеклась и растерянно проговорила:

– Здрасьте.