Кладбищенские байки

– Бабуля тоже его с утра видела и даже разговаривала с ним. Андрей у нее тоже прощения просил. Но сдается мне, знала бабуля, с кем разговаривает. Потому что странные слова произнесла, когда услышала, что простила я непутевого мужа.

– И что сказала-то? – шепотом поинтересовался Славка.

– Что легче ему теперь будет…

– Говорят же, души покойников сорок дней по земле ходят и незаконченные дела завершают, – было видно, что Славку наповал сразила эта история.

И что он верит в нее…

– Так что за платок на шее? – повторила Юлька.

– В СИЗО, – неохотно ответил Виталик. – И никакая она не вдова. Что же тебе Андрюха не сказал, что они так и не поженились? И что она с ним сделала, не сказал?

– А ты не подумал, что ему было неприятно об этом говорить? А мне слушать? – голос у Юльки задрожал и сорвался. – Мы о хороших вещах говорили… О хороших, понимаете? О любви, о прощении! – и уткнувшись в пиджак, она разрыдалась.

Разрыдалась так безутешно и горько, что друзья растерялись.

Первым опомнился Виталик.

– Поплачь, поплачь, – обняв девушку, шептал он. – Ты должна была выплакать эти слезы на похоронах… Но не пустил тебя Андрюха, не пустил. И правильно сделал. Запомнишь его живым…

– Да-а-а-а, – провыла Юлька. – Живым, в дурацком костюме и с платком на шее-е-е-е.

– Дался тебе этот костюм… и платок… – вымученно усмехнулся Виталик. – Вот гадина! Тварь! – шарахнув по столу кулаком, вдруг гаркнул он.

Икнув, Юлька разом прекратила рыдания.

– Ты чего? – испуганно спросила она. – Кто тварь? Я?

– Да Галка эта! Каким ветром ее тогда в наш гараж занесло?! Господи-и-и-и! Тот увалень, что увел ее тогда у Андрюхи, можно сказать, несколько лет жизни ему подарил. Придушила она первого муженька пояском от халата. То ли спал он, то ли пьяный был, не знаю… Вместо шести лет отсидела четыре, да и вернулась сюда…

Обхватив голову, Виталик выл как раненый зверь. Слушать это было невыносимо и жутко.

Юлька не бросилась успокаивать друга, нет…

Она вспоминала, что же ей ответил Андрей, когда она постебалась над его странным прикидом.

Она ляпнула что-то насчет модного приговора, а муж ответил, что приговорили его без его согласия. Да, теперь-то и понятны стали его слова. И платок на шее более чем понятен…

– Я же в тот день приезжал к нему, – чуть успокоившись, продолжил Виталий. – Звал обратно в гараж. Мы же вместе в него вкладывались. Вместе с нуля начинали.