Пропасть для свободных мужчин

Миша сам принял решение – и пришлось с этим смириться. Да и похвастаться есть чем перед подругой – как же, такого сына вырастила. Это не ее вертихвостка Лена.

– 

Я чувствовала, что без Лены тут не обошлось, – сказала Таисия Михайловна Тане, – и что он нашел в этой вертихвостке?

– 

Красивая. Обаятельная.

– 

По-моему, она легкомысленная. От нее не будет толку.

– 

Он же на ней пока не женится, мама. По какому праву мы будем ее судить? Да и молода она еще, в школе учится. Какой с нее спрос?

– 

Но ты ведь такой не была в ее возрасте! На тройки, двойки не училась, по два часа не красилась…

– 

Так то я.

– 

Разные, даже очень разные. Это пока он на ней не женится. А потом возьмет и пришлет нам приглашение на свадьбу. Обстановка там вполне располагающая.

– 

Ты имеешь в виду невские зори, белые ночи?

– 

Не только. Все там для него чужие, и только Лена вроде бы родной человек. Она так прочно вошла в его сознание, что он уже и не видит других девушек.

– 

Надо будет, увидит. Но неужели ты не видишь, мама, что и Лена не самый плохой вариант. Она из хорошей семьи, где чтут семейные устои.

– 

Так-то оно так, но…

– 

Мама, вспомни мировую литературу, которую ты так любишь. Самые обаятельные женщины– та же Наташа Ростова или Татьяна Ларина – они что, университеты заканчивали? Или были победительницами математических олимпиад? Или та же Аксинья у Шолохова – простая деревенская баба, а какой из-за нее сыр-бор?

– 

Сейчас другое время.

– 

Ладно, не будем заранее обсуждать этот вопрос. Как у нас папа говорит – не будем делить шкуру неубитого медведя.

Больше мама с Таней на эту тему не говорили. А тем временем незаметно пролетели первые полгода Мишиной самостоятельной жизни, и в семье начали готовиться к большому событию – приезду сына на каникулы. Мама берегла к встрече всяческие деликатесы, с которыми в те годы даже в Москве было трудно, а папа с Таней старались получше убрать квартиру.

И вот долгожданный час настал! Однажды вечером раздался звонок в дверь и вошел счастливый, улыбающийся Миша. Мама со слезами бросилась его обнимать, папа радостно хлопал по плечу повзрослевшего сына. А Таня смотрела на брата во все глаза.