Звезды светят храбрецам

Когда она скрылась под водой, остальные хвостатые жительницы подводного мира облепили камень, пристально глядя на мальчика. Вздохнув, Денрик принялся показывать им, как надо правильно расчесываться: как распутывать узелки, как начинать с кончиков и подниматься вверх, к голове, как проводить гребнем, чтобы не было больно… девы впитывали эти знания, не упускали ни единого движения. В конце концов они забрали у мальчика гребень и начали учиться друг на друге. Именно в этот момент Денрик вновь испугался: он был им больше неинтересен, и не нужен.

Теперь они могли легко его утопить или съесть… интересно, а они людей едят? Он уже обдумывал план побега, как к камню подплыла старшая дева. Внимательно посмотрев на сестер, занятых прическами, она одобрительно кивнула и швырнула к ногам мальчика длинную нить белоснежного жемчуга.

– Убирайся, – прошипела она поплыла к остальным, явно увлеченная новой игрушкой.

Дрожащий от страха и осознания, что спасся и выполнил задание, Денрик спрятал жемчуг в сумку, закрепил ее получше на спине, и как можно аккуратнее добрался до своей лодки.

Выплыв из пещеры, он вдруг понял, что солнце близится к закату, сам он ужасно устал, и живот сводит от голода.

Лишь в темноте добрался он до острова ведьмы. Еле живой от усталости зашел в пещеру, где тут же попал в братские лисьи объятия. Отбиваться сил не было. Их вообще хватило лишь на то, чтобы съесть тарелку рыбного супа и упасть на неизвестно откуда взявшийся тюфяк, набитый травой. Краем глаза он видел, как ведьма достала из его сумки жемчуг, одобрительно кивнула и спрятала обратно.

А дальше был сон без сновидений.

Глава 7. Песня в раковине

Скалу называли черной из-за цвета камня. А еще потому, что не росли на ней ни трава, ни цветы. Даже птицы на ней не селились. Камень тот был гладкий, скользкий, и сильно нагревался на солнце. Когда-то давно выступала эта скала далеко в океан, но волны и ветер разрушили ее снизу у основания, и остался лишь длинный узкий выступ, поднимающийся над волнами на высоту в десяток человеческих ростов, словно указатель на что-то неведомое там, на горизонте.

Справа и слева от скалы берег был каменистый, почти отвесный, сформированный давними обвалами. Так что если и были желающие подойти к скале, коснуться ее странного камня, то шли они обычно от селения через горы. Путь занимал почти весь день, и столько же обратно. Так что обычно возле скалы устраивали привал и пережидали ночь, прежде чем вернуться.