А потом я проснусь

Разыгрывая этот спектакль, я сильно рискую с учетом взрывного характера Ярославы. Это хорошо воспитанные снобы, вроде нас с отцом, могут внешне соблюдать приличия, втайне желая друг друга убить. Она такими рамками не скованна. Если захочет убить – просто постарается это сделать.

– А как же отель? – переспрашивает она с запинкой.

Если бы я не был так сильно занят борьбой с гневом, то наверняка испытал стыд за то, что ввязываю ее в это. Она ведь даже не подозревает, через что ей придется пройти за ужином с четой Волынских.

– Успеем, – подмигиваю ей я, отмечая психическую волну, исходящую от отца.

Он, разумеется, с первых секунд скалькулировал в голове всю ее жизнь и навесил ярлык «не годна». И это главная причина, почему я пригласил ее поехать на ужин. Чтобы в тысячный раз дать понять, что не ему решать.

– Ну ладно, – неуверенно говорит Ярослава, подтягивая к себе чемодан.

Пусть моей целью и является эпатировать отца, но я все равно испытываю странное удовлетворение, когда она без толики удивления или восторга садится в ожидающий у входа «Майбах». Будто ездила на таком всю жизнь.

Хотя дело в другом, конечно. Она понятия не имеет, сколько стоит эта бронированная тачка, и ей плевать. Чувствую, веселая выдастся поездка. Особенно меня радует то, как кривится лицо отца, привыкшего сидеть на заднем диване. Он терпеть не может ездить впереди – не по чину.

– Ты как? – тихо спрашиваю я, оценивая состояние своей спутницы. Полчаса в северной столице, а уже столько потрясений.

– Нормально, – кивает она, теребя бахрому на своих шортах. – Это точно нормально, что я еду?

– Точно, – подтверждаю я и наклоняюсь к ней ближе, одновременно ловя наблюдающий взгляд отца в зеркале козырька. – Не бойся его. Он, конечно, депутат, но не такой страшный.

– Твой отец депутат? – шепотом, но без какого-либо трепета или удивления переспрашивает Ярослава.

Я чувствую озадаченность. То есть, не в этом было дело? Я думал, она его узнала – все-таки его надменное лицо часто мелькает в новостях, – и потому побледнела.

– Мне просто показалось, что ты его узнала.

Помотав головой, Ярослава сосредоточенно хмурит лоб, будто размышляет о чем-то.

– Что? – переспрашиваю я, начиная теряться в догадках.

– Если я скажу, то ты назовешь меня дурой.

– Обзываться – не мой стиль, если не заметила. Говори.