А потом я проснусь

Высокий и фигура у него классная – недаром, видно, в спортзале торчит. Лицо вроде тоже не подкачало. Но смазливых вокруг полно, а у Сноба внешность интересная… С изюминкой, вот. Изюминка – это, разумеется, его глаза цвета зимнего Байкала. Поэтому надо быть с ним осторожнее: чуть зазеваешься – провалишься под переливающийся голубой лед и утонешь.

– Так ты юрист, что ли? Чего это тебя так волнуют чужие трудовые обязанности?

Скрестив руки на груди, Сноб откидывается на спинку стула и смотрит на меня с улыбкой. Со снисходительной, как мне чудится.

– Я айтишник. Про трудовые обязанности упомянул, чтобы обозначить разницу между просто хорошим отношением и угрозой потерять работу.

– Бла-бла-бла, – гримасничаю я, чтобы наверняка его побесить. Не люблю, когда в моем присутствии кто-то пытается умничать.

В детстве мама часто пеняла отцу, что я отстаю в развитии и никак не запомню азбуку, тогда как соседская дочка Катя давно читает по слогам. Вот рядом со Снобом я как раз чувствую себя отсталой. По его манере говорить и держаться, видно, что он в своих мозгах уверен.

Тем более, если работает айтишником. Но комплексовать все равно не собираюсь. Пусть я не вундеркинд и в компьютерах не разбираюсь, но человек точно хороший. А это самое главное.

– Ты работаешь или учишься? – спрашивает он, не обратив внимания на мою провокацию.

– Учусь, – быстро отвечаю я, словно желая обозначить наличие у меня высшего, пусть и пока не полного, образования. – На факультете ветеринарной медицины.

– То есть твоя любовь к животным имеет под собой документальную основу? – впервые за вечер широко и искренне улыбается Сноб.

– Не знаю, что ты имеешь в виду под документальной основой. Я сначала поступила на биофак, отучилась полгода, поняла, что не мое, и перевелась на ветеринарный. Свою жизнь хочу посвятить помощи бездомным животным.

Отхлебнув пиво, он щурится.

– А старость скоротать с десятью кошками? Уверена, что получится совмещать это с семьей?

Я машинально бросаю взгляд на вторую бутылку, стоящую перед ним.

Безалкогольное пью только я. Интересно, как быстро Сноб пьянеет? Не развезет его до такой степени, что он перестанет быть хорошим и начнет ко мне приставать?

– А кто сказал, что я хочу семью? Мне и с самой собой живется отлично.

– Ну как же, – отвечает он с усмешкой. – Как же любовь, романтика, серенады под окном и белое платье?

– Не всем девушкам это нужно. Мне вот с пиццей и пивасиком отлично, – ехидничаю я, салютуя ему бутылкой Короны.