Просто дыши

 – Кто начнет? – И когда он ничего не ответил, спросила: – Как долго это продолжается? Сколько раз в неделю? – У нее было еще дюжина вопросов, но Сара осознавала, что главный вопрос – это она сама. Почему она не видела и не знала?

Он опустил голову. Стыдно, подумала она. Это многое обещает. Но если она была честна сама с собой, ей следовало признать, что она не хочет, чтобы он унижался и умолял ее о прощении. Она хотела… она сама была не уверена в том, что она хочет.

Но когда Сара подняла глаза, она не увидела в его глазах униженности, нет, только враждебность.

– Просто секс, – сказал он и двинулся в ванную.

Он появился оттуда мгновение спустя, одетый в белый махровый халат, который они держали для гостей. Его руки высовывались из слишком коротких рукавов, ноги оставались голыми.

Вероятно, не существовало дресс-кода для распада брака. Халат вполне подойдет. В конце концов, это не даст им убежать из дома в приступе ярости. Или, может быть, нет. В этот момент ей хотелось быть где угодно, только не здесь.

– Мы оба были несчастливы, – резко сказал он ей. – Ты не можешь этого отрицать.

О, ей хотелось. Ей хотелось поклясться, что ее жизнь была превосходной. Это сделало бы его ответственным за мгновенный коллапс. Вместо этого она осознала, что сражалась с постоянным разочарованием, постепенно опускаясь все ниже, и разочарование все нарастало, и ей было достаточно легко игнорировать это, пока несчастье с конским хвостом не отразилось в зеркале.

– Я не стану этого отрицать, – сказала она, – пока ты не станешь отрицать, что ты выбрал один из худших способов выразить свое несчастье.

Он не отрицал. Он действовал так, словно она вообще ничего не говорила.

– Я не просил о том, чтобы заболеть. Ты не просила себе мужа с такой болезнью. Но это случилось, Сара, и это испортило все.

– Нет, это ты испортил все.

Он сузил глаза, холодный и такой привлекательный.

– Когда я был болен, когда все обстояло наихудшим образом, это изменило нас.

Ее живот свело, и на мгновение она сфокусировала всю свою горечь на болезни. Это была правда, рак и его лечение забрали у него достоинство, сделали его беспомощным. Однако теперь он не был беспомощным, напомнила она себе.

– Это позади, – заявила она. – Мы должны научиться снова быть мужем и женой.