Книжный магазин «Бюро находок»

На нем Блайз сидела на своем любимом месте в книжном магазине – в мягком кресле, заваленном подушками, в углу возле кружевной занавески у витрины. Мягкий свет, струящийся сквозь старинные кружева, освещал правильные черты ее лица, обрамленного тонкими темными кудрями, улыбку и глаза, полные энергии. На коленях Блайз держала свой любимый сборник стихов Мэри Оливер. Подпись под фото была цитатой из известного стихотворения: «Скажи, что ты планируешь сделать со своей единственной, безумной и драгоценной жизнью?».

Цитату тоже выбирала Натали.

Дедушка прислонил трость к спинке стула и уставился вперед.

Натали обняла его за плечи и задумалась, когда она перестанет себя чувствовать так, будто сейчас расплачется.

– Как ты?

– Стараюсь быть спокойным, – просто сказал он.

Его давний друг, Чарли Вонг, в красивом черном жакете с воротником Неру, подошел и сел рядом с ним. Чарли наклонился вперед и коротко кивнул Натали. Он, как обычно, улыбался, но глаза его оставались печальны. Пожилой художник знал Эндрю с детства.

Много лет назад Чарли расписал здание книжного магазина, который тогда еще был машинописным бюро дедушки. Теперь старики встречались несколько раз в неделю, ходили на обед к дочери Чарли или играли в местном центре для пожилых.

Тэсс и Доминик заняли места позади Натали. Тэсс наклонилась вперед и сжала ее плечо. Натали в ответ похлопала ее по руке.

Клео и Берти, работавшие в книжном магазине, заняли свои места с другой стороны от Натали.

– Привет, ребята, – прошептала она.

 – Спасибо, что пришли.

– Ты как, держишься? – спросил Берти. – Прости за банальность, но я, правда, переживаю, милая. – Начинающий актер, он был пластичным и грациозным, его тело выражало чувства без слов – наклоном головы, поворотом плеч. Берти был умным, смешным и меланхоличным, он мечтал исполнять главные роли в лучших театральных постановках. Он любил ее мать, которая поощряла его актерскую карьеру, отпуская его на прослушивания и репетиции, когда было нужно.

– Мы с дедулей поддерживаем друг друга, – ответила Натали.

 – Если честно, у меня еще никогда так не разрывалось сердце. Теперь я знаю, как это бывает.

Тусклые глаза Клео были наполнены грустью. Она кивнула и коснулась платочком щеки. – Ты так сильно на нее похожа.

– Правда?

Берти наклонился вперед.

– Да, черт возьми.

Клео была ровесницей Натали и приходилась племянницей Мэй Лин – женщине, которую дедушка любил большую часть жизни, и это делало ее практически членом семьи.