В неге объятий

– Обычно мужчины оставляют внутреннюю отделку и меблировку на усмотрение жен, но моя… – он поймал ее пристальный взгляд, – тогда путешествовала. И ничего не ответила дизайнеру на посланные образцы. Так что в один прекрасный день я решил рассматривать дом как одно большое полотно, – он небрежно пожал плечами, – и вот пожалуйста. Ты видишь, что из этого получилось.

– Если остальные комнаты обставлены так же изысканно, я уже хочу их увидеть.

– Хорошо, – улыбнулся Антонио. – Вечером устрою тебе экскурсию.

– Здорово.

Лаура Бэт улыбнулась, но особой радости не чувствовала. Скорее уж наоборот. Разговаривая о жене, он явно расстроился, так что даже если экскурсия и состоится, ему она удовольствия не доставит. А ведь если бы она была обычной секретаршей, он не стал бы ничего этого рассказывать… Так может, пора уже взять себя в руки и окончательно смириться со своим положением? Не ради себя, так хотя бы ради него?

– Но ты не обязан. – Она рассмеялась.

Антонио грустно улыбнулся.

– Стоит всего раз оказаться в центре общественно го внимания, как сразу же начинаешь понимать, что никакого личного пространства вообще не существует. Похоже, ты уловила мои сомнения, но вызваны они лишь тем, что дом напоминает мне о лучших временах.

Лаура Бэт молча обругала себя дурой. Разумеется, воспоминания о покойной жене волнуют его куда больше, чем дружеские отношения с новой секретаршей.

– Мне жаль.

– Мне тоже. – Антонио задумчиво огляделся по сторонам. – Хотел бы я, чтобы ко мне вернулось вдохновение и я снова взялся за кисти. – Вздохнув, Антонио снова повернулся к Лауре Бэт. – Я на пару часов съезжу к отцу, но уже поздно, к тому же время здесь на пять часов опережает нью-йоркское. Наверное, тебе следует ложиться.

– Шутишь? Я и так семь часов проспала. К тому же я-то все еще живу по нью-йоркскому времени.

– Тогда, может, почитаешь у бассейна? Или поужинаешь? Персонал вернется только завтра, но кухня в полном твоем распоряжении.

Антонио ушел, а Лаура Бэт повалилась на постель, не в силах справиться с охватившей ее слабостью. Он не передумал и прямо сейчас едет к отцу, чтобы еще раз отстоять свою свободу и избавиться от ненужной обузы. От нее. А когда вернется, скажет, что ее услуги больше не нужны.