Мы обязательно встретимся

Тебе надо изредка прерываться, – настойчиво произнес он.

«Что еще сказал ему Ставрос?» – подумала Лиззи. Она может много потерять. Дэймон не появлялся много лет, а теперь он может в одно мгновение разрушить ее мир.

– Минеральную воду или простую? – спросил он.

– Простую, пожалуйста. – В горле у нее пересохло.

Когда Дэймон ушел к продавцу, она снова вспомнила ту ночь, когда она была девственницей, но скрывала это. Ей хотелось романтических приключений, поэтому она бросилась в объятия красивого грека.

Но у нее ничего не получилось.

И с Дэймоном у нее тоже чуть все не сорвалось. Она умоляла его заняться с ней сексом. Ей хотелось в его объятиях забыть тот хаос, который творился дома. Она закричала от боли, когда он в нее вошел и отпрянул назад. Ей потребовалось все ее женское обаяние, чтобы убедить его продолжать.

Конечно, Лиззи принимала противозачаточные таблетки, уверяла она его.

Но он все равно использовал презервативы.

Дэймон оказался непревзойденным любовником, и они занимались сексом всю ночь. Хотя у них оставалось время и на разговоры. И оказалось, что они наслаждаются обществом друг друга. Такой близости никто из них не ожидал.

– Давай прогуляемся, – предложил он. – Когда я бываю в Лондоне, я люблю гулять. – Его темные глаза были непроницаемыми. – Иногда полезно остаться наедине со своими мыслями, не так ли?

– Все зависит от того, кто ты и о чем ты думаешь, – заметила Лиззи, вспомнив о том, как быстро их гармония и абсолютное взаимопонимание превратились во вражду на следующий день в суде.

Об этом случае стали писать газеты, и Лиззи потеряла уверенность в себе. И она перестала верить людям. Но тогда она поняла, что ей надо строить новую жизнь, далекую от привилегий и обмана.

Лиззи заложила в ломбард немногочисленные драгоценности матери – единственное, что досталось ей по наследству, затем заплатила за съемную квартиру.

– Я буду убирать бесплатно ваш магазин, – в отчаянии твердила ему она. – Верну вам деньги с процентами.

– У меня здесь не благотворительная лавочка, – ответил он ей и продал кольцо.

Но жизнь диктовала свои правила, и крыша над головой была важнее, чем обручальное кольцо.