Ну разве она не милашка?

Она отбросила секцию трубы.

– Позвольте спросить, что вы здесь делаете?

– Злорадствую, естественно. А что вы подумали?

Ей хотелось схватить ножку от стула и огреть его по голове, но он, несомненно, ответит ударом на удар, поэтому она вынудила себя быть сдержанной.

– Вы хорошо знали тетю?

– Лучше не бывает. – Он подошел поближе, чтобы рассмотреть окно кассы, не обращая внимания на грязь. – Как знаток местной истории, она была неоценимым источником сведений. К сожалению, мировоззрение ее казалось мне чересчур ограниченным.

– Уверена, что это мешало ей спать по ночам.

Он провел пальцем по железному пруту, вынул белоснежный носовой платок и вытер собранную пыль.

– Большинство местных жителей не верят в существование картины.

Шугар Бет не потрудилась спросить, откуда он знает, что именно она ищет. Должно быть, всему городу известны условия завещания Таллулы.

– Она существует.

– Я тоже так думаю.

– Не ваше собачье дело. – Она показала на груду ящиков. – За ними лежит мертвая птица. Должна же быть от вас хоть какая-то польза! Уберите ее отсюда!

Он заглянул за ящики, но, похоже, и не подумал избавиться от трупа.

– Ваша тетка была с тараканами.

– Это у нас семейное. И не ждите, чтобы я устыдилась. Янки, как правило, запирают спятивших родственников в психушку, но здесь во время карнавалов мы сажаем их на увитые цветами платформы и провозим по всему городу.

– Был когда-то. Я вдовец.

Не стань она другим человеком, не преминула бы осведомиться, уж не убил ли он жену своим тонким чувством юмора. Но в то же время ее разбирало любопытство. Что за женщина способна связать судьбу с таким невозможным циником?

Но она тут же вспомнила, что в школе все девчонки вздыхали по нему, стоически вынося его жалящие выговоры. Женщины и трудные мужчины. Хорошо, что она сумела отказаться от этой привычки.

Он наконец отвернулся от кассы.

– Расскажите о бойкоте отцовских похорон.

– А какое вам дело?

– Я писатель. И меня интересуют механизмы функционирования самовлюбленного ума.

– О, я сейчас в обморок упаду. Столько заковыристых слов, что моя несчастная бедная головка идет кругом.

– А ведь вы были умны. Прекрасные способности. Только вы отказывались использовать собственный мозг для чего-то стоящего.