Женщина в черном

В то утро я добросовестно работал над скучным договором о передаче прав на аренду и на какое-то время даже забыл о тумане, который, словно мохнатый зверь, подобрался к окну у меня за спиной, когда клерк по фамилии Тоумс вошел и пригласил меня в кабинет мистера Бентли. Тоумс был маленьким человечком, худеньким, словно спичка, и бледным, как сальная свеча. Он постоянно простужался и непрерывно шмыгал носом, из-за чего его посадили в тесную каморку рядом с прихожей, где он вел гроссбух и принимал посетителей с выражением такой скорби и муки на лице, что клиенты тут же начинали думать о завещании, независимо от того, по какому вопросу они явились к юристу.

Перед мистером Бентли как раз и лежало завещание, когда я вошел в его большой удобный кабинет с широким эркером, из которого в ясные дни открывался прекрасный вид на Судебные инны[3 - Судебные инны – здания, в которых располагаются юридические корпорации Англии.] и сады, где бывала добрая половина юристов Лондона.

– Садитесь, Артур, садитесь.

Митер Бентли снял очки, энергично протер их и снова водрузил себе на нос, после чего с удовлетворенным видом откинулся на спинку кресла. Мистер Бентли собирался рассказать историю, и он любил, когда его внимательно слушают.

– Полагаю, я еще не рассказывал вам об эксцентричной миссис Драблоу?

Я покачал головой, понимая, что в любом случае это будет интереснее, чем договор о передаче прав найма.

– Миссис Драблоу, – повторил он и, взяв в руки завещание, помахал им над столом.

– Ах вот оно как.

– Я унаследовал дело Элис Драблоу от моего отца. Их семья вела дела с нашей фирмой лет эдак… ох… – Он махнул рукой в сторону туманного прошлого века, когда и была основана фирма «Бентли, Хэй, Свитман и Бентли».

– Правда?

– Да, она прожила долгую жизнь. – Он снова взмахнул завещанием. – Ей было восемьдесят семь лет.

– И как я понимаю, сейчас у вас в руках ее завещание?

– Миссис Драблоу.

Я кивнул. За пять лет работы в фирме я усвоил, что львиная доля старых клиентов мистера Бентли была, по его собственному выражению, «с чудинкой».

– Вы когда-нибудь слышали о насыпной дороге Девять жизней?

– Нет, никогда.

– И вам ничего не известно про Ил Марш в…шире?

– Нет, сэр.