Этюд на холме

Она сидела, потом встала и преклонила колени, вслушиваясь в бормотание и шепот вокруг, и у нее возникло такое ощущение, будто она случайно приземлилась на вполне дружелюбную, но совершенно чужую планету.

Когда она шла домой, ее колени заболели так, что она чуть не расплакалась. Вторая половина воскресенья простиралась перед ней словно лента бесконечной дороги.

Полин стояла у окна и смотрела на улицу. Когда она увидела Айрис, она приподняла свою кружку.

Горячий сладкий кофе и шоколадный бисквит немного улучшили ей настроение.

– Я нашла для тебя человека, – сказала Полин.

Стены комнаты как будто втянулись внутрь, а потом расширились, как резиновые.

– Я сказала, что поспрашиваю, а потом вспомнила, что девушка, с которой я работала в Педдерс, рассказывала мне, как ее свекровь ходила к медиуму.

Она потянулась к часам на полке и взяла с них сложенный лист бумаги.

«Если я возьму его, – думала Айрис, – если я только дотронусь до него, то что-то случится».

Она опустила глаза на листок. Как только она его возьмет, то пути назад уже не будет, она чувствовала это. «Ты глупая женщина», – подумала она. Но желание было непреодолимым.

– Я всегда могу пойти с тобой, ну, если ты занервничаешь… просто подожду, я имею в виду, конечно, в комнату заходить не буду. Ну, в любом случае, держи.

Полин положила листок на стол между ними.

– Выпей еще чашечку.

Она так и сделала и долго ее растягивала, болтая о магазинах, Рождестве, ценах, забавных новых гимнах, стараясь скоротать время.

Потому что когда настало время уйти из дома Полин в свой собственный, ей пришлось взять листок бумаги, и когда она закрыла свою переднюю дверь, она оказалась один на один с ним, и с именем на нем, и с адресом и телефоном.

Чтобы стало легче, она кинула быстрый взгляд на надпись, сделанную закругленным почерком Полин: Шейла Иннис. Прайам-кресент, 20. 389113.

Простота имени этой женщины и ее адрес со знакомой улицей почему-то успокоили ее, так что она взяла листок, сложила его пополам и положила в сумочку с облегчением, ругая себя за то, что так волновалась.

Девять

Детектив Фрея Грэффхам стояла в холле дома престарелых «Фор Уэйс», ожидая приглашения в кабинет Кэрол Эштон, и хотела сбежать. Здесь стоял особый запах – сперва чувствовались древесный лак и аромат хризантем, но за ними проступали тяжелые нотки антисептика и тушеного мяса.