Как соблазнить герцога

Во-вторых… Тебе что, уже наскучило играть в карты и бильярд? – проговорил герцог таким тоном, как будто она его обидела.

Посмотрев в его серые глаза, София проговорила:

– Я думаю, что достоинства провинциальной жизни недооцениваются теми, кто к ней привык. Лучших рождественских каникул, чем сейчас, никогда еще не было. – «И, скорее всего, это последнее развлечение в моей жизни», – мысленно добавила девушка.

– Включая и тот эпизод, когда ты чуть не утонула и потеряла весь свой багаж? – с усмешкой осведомился его светлость.

– Тот эпизод делает этот праздник одновременно и самым страшным, – сказала София, накрыв его ладонь своей. – Но я надеюсь, тебе наш праздник нравится.

Какое-то время герцог молча смотрел на девушку. Потом тихо проговорил:

– Да, очень нравится – можешь быть в этом уверена. Хотя все может измениться, когда приедут остальные гости. Итак… Будем играть до конца – или сдаешься?

София, глядя в свои карты, не отвечала на вопрос. И вдруг радостно воскликнула:

– Ха, да я же тебя разорю! У меня секстет!

– Что?.

. Проклятье, – с улыбкой отозвался герцог.

Тихонько посмеиваясь, София вписала себе еще шестнадцать очков.

– Так… у меня валеты. А у тебя что? – спросила она через минуту-другую.

– Короли и королевы. – Адам записал себе шесть очков, а затем, немного помолчав, торжественно объявил: – И еще у меня кварта!

– Черт возьми, – пробурчала София. Теперь Гривз отставал от нее всего на два очка.

– До какого счета играем? – спросил его светлость. – Или ты уже готова сдаться?

Девушка посмотрела на закрытую дверь гостиной.

Она прекрасно знала, что незамужняя женщина, проводившая время наедине с мужчиной, рисковала своей репутацией. И Адам Басвич, конечно, тоже это знал. Тем не менее они много времени проводили наедине, да и сейчас рядом с ними не было никого, кроме двух собак, спавших перед камином.

– Думаешь, это глупо – не позволять тебе купить мне платья и все же сидеть здесь наедине с тобой? – спросила София.

– Я думаю, что для тебя это совсем разные вещи, – тут же ответил герцог.

 – Едва ли ты печешься о соблюдении приличий. Что же касается твоих принципов, то полагаю, что они очень важны для тебя. И, конечно же, я не считаю тебя глупой.

Несколько мгновений София смотрела на его ухоженные руки – на руки, о прикосновениях которых мечтала все последние часы. Собравшись с духом, она проговорила:

– Я предлагаю новую ставку.

– Сгораю от нетерпения, – ответил герцог.

«И я тоже», – подумала София.