Вопрос Жизни и Смерти

Но неприятности со смертью не закончились, закон подлости, как и гравитация, действовал на всё живое и неживое. К какому бы виду себя ни относила обозлённая девушка, но с поворотом вокруг своей оси в поисках «выхода с неудачной вечеринки», она застряла каблуком в продолговатой каменной плите.

В тиши мирного тумана разнёсся продолжительный и насыщенный эмоциями мат. Нецензурная лексика сводилась к попыткам осознать причину невезения и должным образом пострадать над стоимостью испорченных туфель. Настроение падало, это как проснуться утром и встать не с той ноги – весь день насмарку, тут почти так же, но с поправкой на жизнь.

Вдоволь попинав монолитные плиты и похоронив платье с каблуком в сырой земле забытого кладбища, блонди с распадающейся причёской направилась искать выход из этого захолустья. Не в первый раз попала она на закрытую вечеринку, недостойную её статуса, – но выход есть всегда, – повторяла она себе в таком случае, главное – должным образом организовать скандал, стравить хозяина с гостями и вовремя свалить до прибытия копов.

Скитания вдоль границ не расчищенных тропинок вывели её к заборам, что сторожили покой живых и мёртвых, ограничивая их миры в общении. Нетерпеливо постучав целым каблуком по гравию, она звонко цокнула язычком и вынужденно развернулась, как рыбка, уперевшись в стенку аквариума. Пришлось возвращаться тем же маршрутам, проходя уже знакомые надгробия, что ей казались различны и в то же время похожи, как новоприбывшим жителям дома в большом городе.

Потоптавшись на месте истязания платья, она перешагнула через горы атласа, что серебрились в свете Луны и туманна, и пошла в противоположную сторону, в этот раз угадав с вектором поиска. Через пару минут плутаний по ограждениям памяти она завидела пристройку, что служила рабочим местом тем, кто присматривал за вечно спящими. Усмехнувшись про себя, девушка, никогда не страдающая чувством вины, решилась на злейшую шутку.

Небольшая сторожевая будка была способна вместить от силы семь человек, если бы им не предложили присесть и заставили стоять, олицетворяя столбы возмущения и праведного гнева. Открыв калитку, отчего та скрипнула старым деревом, «поднятая от не такого уж и вечного сна» девушка направилась к двери и, преодолев три скрипящие ступеньки, вошла на территорию власти света одной лампы и телевизора. Никого другого в комнатушке не было.