Взрывная Шипучка

Громко хохотнул, ударив себя по коленям, и пообещал "подсобить". Собственно, он договорился о той же самой вип-комнате в баре, он согласился встретить это голубоволосое чудо и проводить ко мне, а потом вовремя скрыться. Осталось только решить: бриться или не бриться?

В половину одиннадцатого я захожу в шумный паб. Странное, немного нервное состояние хочу заглушить бокалом горячительного, но я сегодня на машине, поэтому ограничиваюсь кофе. Макс приезжает к одиннадцати и, не переставая похлопывать меня по плечу, подбадривает.

Словно я его сынок-девственник, которому сегодня впервые перепадет, а он беспокойный папаша, радеющий за подростка.

Он, в отличие от меня, сразу заказывает текилу и набрасывается на нее. Мой аргумент, что завтра понедельник, действует на него почти так же, как брошенный в акулу тапок – появляется зубастая насмешка не больше. Когда раздается звонок на мой телефон, я нервно дергаюсь. Конечно, я оставил свой телефон для связи, но не думал, что вот так услышу ее голос и заполучу номер.

Делаю отрывистый выдох и отвечаю.

По телефону ее голос звучит совсем иначе. Выше и… не знаю, по-другому, наверное. Возможно, это просто шум на заднем фоне, как у нее, так и у меня. Она спрашивает, когда можно будет заходить, я отвечаю, что сейчас встречу ее у бара.

Она, конечно, все сейчас поймет. Разозлится, наверное. Даже слушать не станет. Поэтому встречать её я отправляю Макса. Он возвращается через минуту, включает музыку и поднимает два пальца вверх.

В дверях появляется огромная свинья, и, несмотря на то что я был готов к этому, все равно вздрагиваю. Сейчас она подойдет к столу и все поймет. "И никакого танца не будет" – успокаиваю я себя.

Серёгин скрывается за дверью, и мы с Майей остаёмся наедине. Сердце странно и глухо колотится. Я не знаю, что ей скажу, какой-то речи не заготовил, наверное, просто предложу продлить знакомство. Это же нормально, да? За такое по яйцам не получают ведь? Но все же стоило об этом побеспокоиться заранее.

Огромная свинья доходит до середины помещения, замирает. Я смотрю прямо в ее пятачок, там, по идее, должны быть пронзительные карие глаза. Мысленно прошу снять ее эту дурацкую башку и весь костюм заодно. Она же уже все поняла, да?

Но неожиданно хрюшка отмирает и начинает плавно двигать своими мягкими боками, призывно протягивая ко мне свои плюшевые конечности. Липкий пот снова покрывает спину. Нет-нет-нет, только не повторение этого кошмара.