Взрывная Шипучка

Это все его замшевая куртка, точно.

К входу в бар подъезжает новенькая БМВ, телефон Медведя пиликает входящим сообщением. Вот за ним и приехали, чудесно. Смотрю на экран своего Айфона – ничего, пусто, ни одной машины. С ужасом представляю, что придется снять с плеч спасительную куртку и остаться тут в одиночестве дожидаться таксиста-благотворителя, готового в субботу поработать за копейки.

И, прежде чем подумать, выкрикиваю:

– Подбросите меня?

Брови в очередной раз сходятся на переносице, темные глаза прожигают насквозь.

– Я же сказал, не интересует, – как для дебилки повторяет он.

– А я уже сказала: я не давалка. Я аниматор! – приподнимаю в руках поросячью голову, как бы в доказательство.

– Аниматоры меня тоже мало интересуют.

– А замерзшие голодные девушки в беде? Хоть до Макдональдса подбросьте, – встаю в полный рост и переминаюсь с ноги на ногу.

Мужчина тяжело выдыхает.

– Ладно, – наконец, говорит он. – Садись.

Радостно подпрыгивая, ныряю в салон тепленькой немецкой тачки. Закидываю свой баул с устрашающей звериной головой на заднее сиденье, сама плюхаюсь рядом. Медведь садится спереди к водителю.

– Спасибо, – дотрагиваюсь до его плеча с благодарностью, тот дёргается, как ужаленный, стукаясь о дверь машины. Ненормальный какой-то, совсем тю-тю. – Я не заразная!

Возмущаюсь и снова начинаю чесаться. Проклятый костюм! Вижу, как в зеркало заднего вида на меня таращится таксист.

Раздираю теперь уже колени, а желудок тем временем начинает все громче бунтовать. Ещё один странный взгляд в зеркало. Что? Ну, что? Я растущий организм, хоть по мне и не скажешь, мне нужно питаться!

Машина начинает движение, я все яростнее натираю кожу, пытаясь унять зуд. Еложу по сидению, пытаясь жесткой обивкой салона немного помочь себе, и приглушенно шиплю от удовольствия. Машина резко тормозит. Водитель кидает на меня взгляд, потом на Медведя спереди и на ломаном русском выдает: я больных не вожу, выходите!

– Это кто тут больной! – возмущаюсь я.

– Выходите, – громко повторяет он.

Медведь оборачивается на меня, смотрит на пальцы, жадно раздирающие кожу ног, и, очевидно, хочет что-то сказать.

– Это все костюм! – опережаю я его.

– Выходите! – водитель таращится на то, как я до крови разодрала кожу и орет не своим голосом.