(Не)настоящий парень

Выпьем что-нибудь на мою скудную зарплату. В конце концов, полдня на кафедре никого – может и высплюсь. Кофе никто не отменял, опять же. И вообще, мы долго не будем, пару часиков от силы.

А выгуливать свой мох тоже надо. Стричь его никому не дам, но проветрить… Фу, красивые метафоры – прерогатива Гели, я а в них, как конь в навозе.

Вот, что и требовалось доказать.

Подруга отходит от зеркала и становится сзади. Ёшки-матрёшки, это не кокон, это гнездо. Яйца укладывать будем для реализма?

– Интересно получилось, – кривовато улыбаюсь я.

– Смотри, – говорит Геля. – Когда волосы забраны наверх, открывается вид на твою красивую шею…

И на лопоухие уши.

– Достоинства надо подчёркивать!

Она взбивает рукой свои светлые волосы у корней и улыбается своему отражению. Я бы на ее месте тоже улыбалась, что ни ракурс – достоинства.

– Пошли, пошли, – подгоняет меня.

Я влезаю в туфли, накидываю плащ, ещё раз осматриваю себя в зеркало в прихожей. В принципе, может она и права. Без вечно рассыпанных по плечам волос я выгляжу постарше.

До бара мы добираемся на такси. Внутри уже шумно и людно, громко играет музыка.

– Что-то я совсем протрезвела, – кричит мне на ухо Ангелина. – Пошли сразу к бару.

Я киваю. Да, надо что-нибудь выпить, снять напряжение и идти танцевать. Отличная музыка сегодня!

Мы протискиваемся к стойке, немного расталкивая локтями народ, и заказываем по текиле. Действует быстро и много не надо. Идеальный рецепт вечера.

Сбоку на меня ложится какая-то парочка, издающая слюнявые звуки, сзади подпирает народ.

В нос ударяет острый запах эвкалипта.

Глава 7

Звуки вокруг становятся приглушеннее, сужаясь до маленькой точки бешеных барабанов в моей голове.

Вся кровь мгновенно приливает к лицу, оставляя беспомощными остальные части тела: ледяные руки, подгибающиеся колени, урчащий желудок. Черт. А ведь я много раз представляла нашу внезапную встречу, проигрывала в голове непринужденные реплики и смех.

– Ух, хорошо! – бодро говорит Геля, морщит носик и стучит рюмкой по столешнице барной стойки. – Надо ещё!

Ага.

Для храбрости.

Народ сзади напирает сильнее, пытаясь протиснуться к бару, парочка сбоку окончательно ложится мне на спину. Теперь я физически не могу обернуться, не то, что выбраться отсюда.

– Ангелин, – шепчу подруге на ухо.