(Не)настоящий парень

Я не хотела намекать на твою продажность и вообще… И за мышей извини, ладно?

– Ладно, – кисло соглашается он.

– Ты отлично отработал. Оставлю тебе положительный отзыв, буду рекомендовать друзьям, что там ещё говорят в таких случаях?

– Лучше подругам, – усмехается он, открывая дверь.

– Ага, подругам. Ну, счастли?во? – передаю контейнеры, заглядываю ему в глаза, покачиваясь на пятках.

– До встречи, заюш, – щелкает меня по носу свободной рукой.

– Позволить себе повторную встречу я не могу, так что, таки прощай, – поджимаю губы.

– Ауч, – морщится он, отводя взгляд.

– Прости, опять я… – Господи, да что со мной не так?

– За правду не бьют, – хмыкает он. – Прощай Зина-Ида, – разворачивается.

– Подожди, я же тебе за лекарства должна! – хватаю сумку и начинаю рыться в поисках кошелька.

Периферийным взглядом ловлю движение у ног – ещё одна мышь резво пробегает мимо и скрывается в подъезде. Благо, Вова ничего не замечает, сверля взглядом мне лоб. Черт, они реально все выбрались!

– Сколько там, сто шестнадцать? – лезу в карман для мелочи, поднимаю взгляд.

Мой ненастоящий парень сжимает челюсти и выдавливает сквозь зубы:

– Сто пятнадцать восемьдесят, – ехидно выговаривает он. – И букет маме посчитай. Полторы. За проезд, так и быть, не возьму.

Какая щедрость. Я вытаскиваю две купюры по тысячи, оставляя свой кошелек практически голым, если не считать мелочь в кармане, и сую парню напротив в руки, чуть не выбивая контейнеры.

Забрать их обратно что ли, раз пошла такая пляска?

– У меня сдачи не будет, – холодно говорит он.

– А это тебе на чай! – зло выговариваю я. – Прощай! – и захлопываю дверь.

И чего разозлилась? Все справедливо. Он – наемный рабочий, я – наниматель. А все эти поцелуйчики, касания, косорасплетания – не более, чем сопровождение сделки. И дуре понятно.

И вообще, мне мышей ловить надо, некогда слюни тут по Курту Кобейну распускать.

Кажется, без крови всё-таки не обойтись.

Октябрь

Глава 6

– Расчехляй парадные трусы, Идончик, сего-о-одня будут танцы! – нараспев кричит подруга.

Входная дверь хлопает, оповещая о возвращении Ангелинки, хотя ее возглас оповестил и меня, и соседей по лестничной клетке сильно до этого. Выглядываю из комнаты и натыкаюсь на широченную пьяную улыбку подруги.

– Ты чего так орёшь, Гель? И где успела так налакаться?

– Я была на собеседовании, – выдыхает она и плюхается на пуфик у двери.