Пропасть Искупления

– Непонятно зачем, – буркнула она.

И замолчала, чтобы разобраться с мыслями. Она всегда энергично отстаивала свое мнение, сейчас ей не хотелось обижать друзей.

– Я вовсе не считаю этих людей дураками. Но они не понимают, что на нашей планете ценны не соборы, не Вечный Путь и не чудеса, а культурные слои.

– Верно, – согласился Крозет. – Но они всем до лампочки.

– Кроме нас, – возразила Линкси. – Каждый, кто пытается выжить на Равнине Вигрид, понимает, что такое раскопки.

– Но церкви не хотят, чтобы мы копали глубоко, – возразила Рашмика.

– Тебя послушать, так все церкви заодно, – хмыкнула Линкси.

– Я не говорю, что все церкви заодно, – сказала Рашмика, – но ни для кого не секрет, что у них есть общие интересы. И так уж вышло, что ни культурные слои, ни мы не входим в круг этих интересов.

– Культурные слои вертунов играют важную роль в экономике Хелы, – сказала Линкси, словно цитируя скучную религиозную брошюру.

– А я и не спорю, – пожал плечами Крозет. – Но кто контролирует почти всю торговлю реликвиями? Церкви. Они на полпути к монополии. С их точки зрения следующий логический шаг – установление контроля и над раскопками. До тех пор эти сволочи будут чувствовать себя неуютно.

– Циничный старый болван, – фыркнула Линкси.

– Потому ты и вышла за меня, дорогая.

– А ты что думаешь, Рашмика? – спросила Линкси. – Тоже считаешь, что церкви хотят от нас избавиться?

Рашмике показалось, что ее мнением интересуются лишь из вежливости.

– Я не знаю. Но уверена, что церкви не станут возражать, если мы вылетим в трубу, а им достанутся все наши раскопки.

– Верно, – согласился Крозет. – Случись такое, они не слишком расстроятся, это точно.

– Послушать вас, так… – начала Линкси.

– Я знаю, что вы хотите сказать, – перебила Рашмика. – И почему задаете вопросы. Никаких обид. Однако поймите, с точки зрения религии церкви не представляют для меня интереса.

– Уверена, ничего плохого, – сказала Линкси.

– Я знаю только одно: ему врали.

Крозет ковырнул в углу глаза мизинцем.

– Могу ли я поинтересоваться, о чем речь?

– Она говорит о своем брате, – объяснила Линкси. – Я же рассказывала, почему ты не слушал?

– Не знал, что у тебя есть брат, – проговорил Крозет.

– Он намного старше, – пояснила Рашмика. – К тому же это случилось восемь лет назад.