Розвинд. Тьма

Стэнли посторонился от входной двери и начал управлять расстановкой многочисленных коробок и пакетов, а когда весь заказ перекочевал в квартиру, ставшую ощутимо напоминать склад, дал грузчикам двадцатку и, закрыв за ними дверь, первым делом распаковал и собрал кухонный стол, затем поставил на него электрический чайник, а на подоконник – СВЧ-печку.

Наполнив и включив чайник, он достал из пакета рыбные палочки и разогрел их в печке, а налив в стакан чай и позавтракав нарезанным батоном из отрубей и палочками, ощутил немного большую принадлежность к этому миру, чем вчера.

Насытившись, он разделся догола и отправился в душ, где долго стоял под обжигающе горячими струями, пока не начала зудеть покрасневшая, как у варёного рака, кожа. Насухо растёршись махровым полотенцем, он надел чистое нижнее белье, хлопковые синие штаны с белой майкой, а грязные вещи сложил в корзинку, чтобы позже отнести их в прачечную.

Закончив утренний моцион, Стэнли вернулся в комнату и собрал кровать, после чего его снова потянуло в сон.

Не став противиться зову Морфея, он упал на ещё пахнущий целлофаном матрас и провалился в морочащее разум вязкое забытьё.

Когда он проснулся во второй раз, солнце уже почти скрылось за домами, отбрасывая на Хармони-сквер прощальные слабые лучи. Ещё полчаса Стэнли лежал в полудрёме, в объятиях смутного, оставившего горькое послевкусие сна, в котором они с Изабель всё-таки поехали на Лазурное озеро и жили в уютном летнем щитовом домике возле пляжа. Отправившись купаться, они, подзадоривая друг друга, заплыли уже далеко от берега, но, когда солнце начали обволакивать тучи, он первый остановился и предложил вернуться.

Они поцеловались, беспечно покачиваясь над голубовато-зелёной бездной, и поплыли к берегу.

В следующий момент Стэнли проснулся в своей квартире со смешанным чувством невосполнимой потери, радости и тревоги. Когда сон окончательно развеялся, им овладело странное тоскливое беспокойство, и, заставив себя встать, он пошёл на кухню перекусить.

Голода он не чувствовал, но, чтобы поддержать силы, заставил себя выпить стакан минеральной воды и съесть пару фруктовых йогуртов.

Сновидения не принесли отдыха, и усталость смешалась с тоской, создав термоядерный коктейль, способный разорвать сознание на части. В последнее время его посещали мысли о самоубийстве, но он считал подобный выход из ситуации непозволительной слабостью; для него, конечно, мучения прекратятся, но он потеряет возможность что-то изменить, кому-то помочь.