Розвинд. Тьма

Витти понял, что аудиенция окончена и задание принято к исполнению. Он тоже кивнул и, попрощавшись таким образом, вышел на улицу. На сегодня оставалось ещё одно дело – наведаться в квартиру мистера Шенга, и можно с чистой совестью идти спать.

Повернув направо, он прошёл ярдов пятьдесят по тенистой Моссрок-стрит и, увидев проулок между уже закрытым офисом юридической конторы и облицованным панелями из розового песчаника жилым домом, нырнул туда. Он прибавил шагу – сначала ему надо попасть на Ривер-стрит, чтобы забрать со склада кое-какую экипировку, а туда путь не близкий.

Путешествие тёмными городскими закоулками его нисколько не тяготило, скорее наоборот, он словно отправлялся на удивительное приключение, ощущая себя если и не Индианой Джонсом, то по крайней мере Бенджамином Франклином Гейтсом.

Достав из заднего кармана целлофановый пакетик, он вынул из него синюю таблетку, служащую проводником в удивительный и полный безумных странностей мир. Причмокнув от удовольствия, закинул её в рот, после чего, тихо насвистывая себе под нос, скрылся в той части городского лабиринта, о котором большинство обывателей предпочитает не знать.

* * *

Закончив с опросом свидетелей, Боб поехал обратно в участок. Ему хотелось обсудить с Чейзом и Коллинзом аспекты этого дела, но сперва надо будет кое-что проверить, благо, как и любой полицейский, он имеет доступ к обширной базе департамента. Выбрав свободный терминал, он ввёл личный пароль и углубился в изучение данных, вызывающих у него смутное беспокойство.

Вроде бы всё выглядело ясным и для современного мира вполне привычным – чтобы раздобыть денег на дозу, наркоманы убили несколько человек. Или просто два самодовольных и уверенных, что все остальные – лишь расходный материал для получения желаемого, подонка решили по-лёгкому срубить деньжат, ограбив ресторан. Хозяева оказали сопротивление – пули дёшевы, чужие жизни ещё дешевле. Тоже абсолютно заурядный сценарий.

Боб ненавидел такую шваль всеми фибрами души, но в рамках закона, который чтил неукоснительно, как бы ему ни хотелось иногда немного заступить за эту черту.

И хотя дело на первый взгляд казалось очевидным, что-то не давало ему вздохнуть с облегчением и списать его в архив – слишком много людей пострадало от бесцеремонного вторжения в их упорядоченную жизнь хаоса. Он обязан был убедиться, что ничего не упустил, поэтому собирался задать столько вопросов, сколько потребуется для того, чтобы докопаться до сути.