Ветреный

Он не пошел на работу и боялся открыть глаза. То, что произошло вчера, и то, что сказал Миран, было ужасно. Проснувшись днем, Азат переоделся и вышел из своей комнаты. Он увидел, что дверь комнаты Рейян снова открыта. Девушка обсуждала свадебное платье с Хавин. Зажмурившись, Азат прошел мимо, стараясь не заглядывать в комнату, но его карие глаза вновь устремились на любимую картину. Рейян, на этот раз в свадебном платье, была похожа на ангела… Он не мог оторвать глаз от увиденного и судорожно сглотнул.

Азат никак не мог смириться с тем, что дочь его дяди, его любимая девушка – невеста другого мужчины.

Почему боль одновременно обрушилась на их молодые сердца?

Азату казалось, что он тонет, что его душа разбилась. Как он мог влюбиться в дочь своего дяди? Почему он так поздно осознал свои чувства? Тысячи проклятий готовы были сорваться с его языка. Азат злился на все: на свои глаза, которые раньше не замечали Рейян, на свой язык, который не произносил ее имени, на свое сердце, которое так долго молчало.

Сейчас уже слишком поздно!

Вечером Миран завершил свои дела в Диярбакыре и собирался вернуться в Мардин. Он был в дороге с раннего утра. Мысли не давали ему покоя, и чем больше он размышлял, тем увереннее становился: каким бы ни был исход, он никогда не откажется от задуманного. В его голове прочно засела Рейян. Зазвонил телефон. Продолжая бороться с безумными мыслями, Миран вставил наушник в ухо и ответил на звонок:

– Я за рулем, тетя, что случилось?

В ответ раздался встревоженный голос Наргизы:

– Сын, Генюль сошла с ума, я не смогла остановить ее.

Она идет в особняк, хочет все рассказать.

Миран в гневе отшвырнул наушники и крепче вцепился в руль. Ударив кулаком по рулю, он воскликнул:

– Проклятие!

Миран надавил на педаль газа. Он готов был прикончить любого, кто встанет на его пути.

– Тебе конец, Генюль! – громко крикнул он.

«Разве ей не достаточно было вчерашней ссоры? Она когда-нибудь поумнеет?» – негодовал Миран.

Он должен добраться до особняка раньше жены во что бы то ни стало. Генюль и не подозревала, что он сделает с ней, если она раскроет его тайны. Миран взглянул на часы и ускорился. У него в запасе лишь полчаса.

Миран за двадцать пять минут преодолел путь, который всегда занимал около сорока. Страх захватил его. Глубоко дыша, он припарковался напротив особняка и вышел из машины. Некоторое время он колебался, стоит ли заходить.