Самый лучший апокалипсис

 – Я не мент, мне на ваш бензин пофиг!

Бензина молодежь слила, между прочим, уже три канистры.

– А чего приперся?! – остановился в паре шагов от меня долговязый, заслонил своим щуплым телом обзор на подельника.

Последний уже вытащил шланг из бака автомобиля, подхватил ещё одну канистру и, пригибаясь, двинул к следующей иномарке.

– Просто спросить, – я вновь вскинул руки, демонстрируя свои благие намерения. – Вы нафига бензин сливаете? С горючкой какие-то проблемы?

– Ну?! – покрутился я из стороны в сторону, разглядывая молчаливые глаза напротив.

Долговязый, как и его напарник, предусмотрительно скрыл лицо за длинным воротом старого ношеного свитера, натянув поверх капюшон зимней куртки. Я, внезапно сообразив, поступил аналогичным образом. На глазах у замолчавшего студента подтянул ворот до самых глаз и шнуровку капюшона затянул потуже. В ответ на мои действия долговязый весело хмыкнул, слегка расслабился, спросил:

– Тебя как зовут?

– Артём, например, – пожал я плечами, давая понять собеседнику всю абсурдность его вопросов.

 – Парни, да просто скажите нафига вам сливать бензин и я пойду! Я и так тут время теряю!

Последний мой довод, произнесенный уже раздраженно, видимо, окончательно поборол сомнения долговязого. Приспустив воротник, студент кивнул себе за спину, заговорил:

– Горючки больше нет. Мы сегодня утром хотели заправиться, надо было съездить в пару мест, но на заправке пропал весь бензин. Там все в шоке, персонал говорит, всё топливо за ночь куда-то испарилось.

Мы когда приехали, там уже два наряда ментов стояло. Выезд из города тоже перекрыт, дальше кольца не пускают. Вояки туда даже БТР подогнали и дпсников целая туча. Никому ничего не объясняют, просто разворачивают все машины назад и кричат, чтобы сидели дома.

– Охренеть! – искренне удивился я.

– Ага! Только это ещё цветочки! – к разговору неожиданно подключился тот самый малый, что сливал горючку. Тоже в свитере по самый нос и зимней куртке с капюшоном до бровей, крепыш поставил рядом с товарищем теперь уже полную канистру, полез в карман, достал сигареты и зажигалку.

 – Паш, ты ему про Погост расскажи!

– Будешь? – мне протянули сигареты.

– А давай, – прекратил я изображать из себя диверсанта, стянул с лица свитер, закурил.

– Дак что там с Погостом? – переспросил я, выдыхая в мороз сноп сигаретного дыма.

«Погост», к слову, деревня неподалеку, что примыкает к нашему городу.

– Ща, – долговязый, прокашлявшись от торопливой затяжки, продолжил.