Девушка, которая лгала

– И рядом никого не было? Может, кто-то что-то видел?

– Нет, только Керри из мотомастерской, он стоял на улице.

– Когда это случилось?

– В седьмом часу, – ответила Фиона, подумав. – В это время папа всегда кладет выручку в сейф. Правда, мы не знаем, что произошло на этот раз.

– То есть?

– Мама не может найти ключ от сейфа, поэтому неизвестно, когда папа упал – до или после того, как отнес деньги. Сумки при нем не было.

– Думаешь, его могли ограбить?

– Мы ничего не знаем, – покачала головой Фиона.

 – И меня это беспокоит.

– Но ведь мама должна знать, где лежит ключ.

– Она не помнит, – вздохнула Фиона. – Я пыталась ее расспросить, но она так ошарашена всем случившимся, что я решила не настаивать.

– Значит, ты тоже не в курсе, где хранят ключ и есть ли дубликат? – спросила я неуверенно.

Фиона криво усмехнулась.

– Ты же знаешь папу. Секретная информация.

– Ладно, я поищу, когда буду в квартире, – пробормотала я.

Как бы я ни относилась к отцу, мысль, что на него напали и ограбили, была не из приятных.

– Честно говоря, сейчас это самая меньшая из наших проблем, – заметила Фиона.

– Да, ты права. – Я заставила себя изобразить сострадание на лице. Потом, чувствуя себя неловко, сменила тему: – Как Молли и Софи?

– О, с детьми все замечательно. – Одна мысль о дочерях заставила Фиону расплыться в улыбке. – Молли последний год ходит в садик. В сентябре пойдет в школу. Молли поступит в первый подготовительный класс, а Софи будет заканчивать пятый.

– Значит, еще два года – и она старшеклассница?

– Да, просто диву даешься, как бежит время, – кивнула Фиона.

 – Помнишь, когда родилась Софи – какая она была очаровашка? Рыжие локоны, а кожа белая, как лилия.

– Она смахивала на инопланетянку, – согласилась я, вспомнив это время.

К горлу вдруг подкатил комок. Фиона мягко взяла меня за руку.

– Все хорошо, – сказала она. – Просто был длинный день. Не думай о плохом. Все равно ничего не изменишь. Все будет в порядке. Я обещаю.

Позже, поднимаясь к себе в спальню, я приоткрыла дверь и заглянула в комнату Молли.

Пятилетняя малышка спала, и ее кудряшки рассыпались по подушке, как золотые звезды. Молли повезло с цветом волос, доставшимся ей от матери, но не повезло с буйными кудрями, унаследованными от Хёрли.

Я не удержалась и зашла еще и к Софи, уютно свернувшейся под одеялом. «Кудрявое проклятие» Хёрли ее не настигло, зато с рыжим окрасом шевелюры – цвета осенних листьев, как говорила мама, – было все в порядке.