Молчание костей

Казалось, она размышляет, нельзя ли использовать штуковину в качестве дубинки. Затем возобладал какой-то более мудрый инстинкт и она отправила кружку на положенное место. Лязгнула магнитная защелка, и посудина замерла, защищенная от любых резких движений корабля.

– Доктор сказал, я могу брать любые лекарства, если буду в них нуждаться.

– Он решил, что тебя беспокоит ожог на ладони. Но дело было в другом, верно?

Адрана обещала Фуре поговорить со Страмбли. Но теперь сестра явилась сама и сказала, запустив металлическую руку в буйные черные кудри:

– Ладненько, Страм, сейчас мы пооткровенничаем и я узнаю, с чего вдруг тебя потянуло на воровство.

– Все не так, как кажется…

Они втроем отправились в комнату доброты, где Эддралдер измерял температуру Меггери. Врач поднял голову с рассеянным видом, как будто совершенно забыл о случившемся.

– Она говорит, что может объяснить кражу, – сказала Адрана.

– Кража есть кража, – отрезала Фура.

– Вообще-то, мы все – пираты. Может, не стоит спешить с осуждением Страм, пока мы не выслушали ее? Она не раз доказывала свою полезность для нашей команды.

Фура боролась, как будто перед ней поставили сложную математическую задачу.

– Ну… она вскрыла для нас много шарльеров… Без нее пришлось бы попотеть.

– А еще Страм хорошо держалась в Грохотуне и вообще всегда была толковой космоплавательницей.

Страмбли, внезапно охваченная тревогой, посмотрела на сестер:

– Вы что, собрались меня турнуть?

– Покажи ногу, Страмбли, – сказал Эддралдер мягко, но требовательно.

– Какую?

– Сама прекрасно знаешь.

Речь шла о ее левой ноге, которая пострадала от соскользнувшего клинка призрачников. Страмбли вытянула ее. Эддралдер взялся за край штанины и потянул вверх, обнажая голень.

– Нет ничего странного в том, что зажившая рана слегка пульсирует, – бормотала Страмбли. – Я чуть не отрубила себе большой палец в девяносто седьмом, и он все еще болит, когда становится сыро…

Но ее челюсть напряглась, как только Эддралдер открыл место травмы.

Адрана отвернулась – не хватило духу смотреть на такое.

– Теперь я понимаю, зачем тебе понадобилась мазь, – проговорил Эддралдер.

Рана от клинка призрачников была глубокой, но не широкой, и когда Страмбли оправилась после операции, проделанной в Колесе Стриззарди, остался только крошечный шрамик. Он все еще был заметен, но только как бледная царапина в гораздо более широкой области воспаления.