Семь смертей Эвелины Хардкасл

Хруст звучит снова, шуршит листва, трещит хворост под ногами. Меня обходят сзади.

Кровь застывает в жилах, я замираю. Боюсь оглянуться.

Шорох все ближе, за спиной дышат – ровно, неглубоко. У меня снова подгибаются ноги, сук падает на землю.

Я бы взмолился, но не помню слов.

Теплое дыхание щекочет шею. Пахнет спиртным, сигаретами, немытым телом.

– На восток, – хрипло произносит мужской голос.

Неизвестный сует мне в карман что-то тяжелое.

И уходит. Шаги удаляются в чащу. Я обмякаю, прижав лоб к земле, вдыхаю запах прелой листвы и перегноя.

По щекам катятся слезы.

Облегчение удручает, трусость угнетает. Я побоялся даже взглянуть на своего мучителя. Что я за человек такой?

Через несколько минут страх отпускает, ко мне возвращается способность двигаться, и я в полном изнеможении прислоняюсь к дереву. Подарок убийцы оттягивает карман. Дрожа от ужаса, я запускаю туда руку, вытаскиваю серебряный компас.

– Ой! – удивленно восклицаю я.

Стекло с трещиной, корпус в царапинах, на нем выгравирован вензель «СБ».

Не знаю, что он означает, но слова убийцы становятся понятны. По компасу мне нужно на восток.

Я виновато гляжу на лес. Труп Анны где-то неподалеку, но, если я его отыщу, что сделает убийца? Мне страшно. Может быть, я остался в живых потому, что не обнаружил тела. Стоит ли и дальше полагаться на милосердие злодея?

«Если это и впрямь милосердие».

Я долго смотрю на подрагивающую стрелку компаса. Сейчас я мало в чем уверен, но твердо знаю, что убийцам милосердие несвойственно.

Убийца ведет какую-то непонятную игру, его советам веры нет, но если я не последую этому совету, то… Я снова оглядываю лес. Куда ни посмотри, везде деревья, без конца и края, под небом, полным злобы.

«Это ж как надо заплутать, чтобы положиться на дьявола в поисках дороги домой?»

А вот так, решаю я. Так, как я заплутал.

Я отстраняюсь от ствола, кладу компас на раскрытую ладонь. Стрелка рвется на север. Я поворачиваюсь на восток, против ветра и холода, против целого мира.

Надежда меня оставила.

Я слепец в чистилище, куда меня привели незримые грехи.

2

Ветер воет, ливень усиливается, струи дождя хлещут деревья, отскакивают от земли, заливают лодыжки, а я иду по компасу.

В сумраке замечаю яркое пятно, бреду к нему. К дереву прибит красный носовой платок, след какой-то давней детской игры. Ищу еще один, нахожу через несколько шагов, а потом вижу и третий.