Жена Кукловода

Голос Руслана прозвучал уверенно и воодушевленно, Людмила еле выдохнула свое «Да».

Ей и правда казалось – она балансирует на хлипком мостике над бездонной пропастью. Сердце гулко бухало, Людмила слышала свое хриплое дыхание, пальцы заледенели, будто на холодном ветру. Отчаянно пыталась точно выполнять короткие приказы Руслана, но каждый раз боялась опустить ногу на пол, будто там был не паркет, а ненадежные, прогнившие доски.

– Еще один шаг, – подбадривал голос Шталя, – последний! Вы прекрасно справляетесь!

– Вправо… еще… теперь левее! Да… Нет! Еще вправо… опускай… Нет!

Пошатнулась, голова закружилась.

Теплые сильные руки поймали ее.

– Держу, Милочка. Я тебя держу.

Казалось, повязка сползла сама.

Людмила часто заморгала, привыкая к свету, судорожно стиснула руку Руслана – словно все еще стояла на краю пропасти. Всхлипнула.

Руслан в ответ сжал её ладонь. Боясь оторваться друг от друга, они, даже усевшись в кресла, не разжали рук.

Руслан поглаживал её стиснутые пальцы, и туман страха рассеивался. Она несколько раз глубоко вздохнула. Заглянула в родные серые глаза. И прочла в знакомом взгляде такое давнее и почти забытое – нежность, заботу, тревогу. Как тогда. В первый раз…

– Давайте попробуем проанализировать ваши ощущения. Людмила? Я видел, что вам было страшно. Почему? – спросил Шталь.

– Я боюсь высоты, – она смутилась, понимая, как глупо это прозвучало.

– У вас богатая фантазия. Сразу видно творческую личность, – мягко улыбнулся Шталь.

– Голос… – Людмила посмотрела на Руслана и снова ощутила тепло. – Голос моего мужа.

– Великолепно! – просиял доктор. – А вы, Руслан? Что ощущали вы?

– Ответственность, – ответил он и сжал руку Людмилы. – Я осознал, что от меня зависит жизнь моей жены.

Шталь кивнул.

– Вот именно. Теперь постарайтесь запомнить эти ощущения. Зафиксируйтесь на них. Это поможет лучше чувствовать друг друга.

Они ехали домой молча. Но в их молчании больше не было отчуждения. Они молчали не каждый о своем, как это бывало раньше. Они молчали вместе. И в этой тишине была какая-то особая, завораживающая магия.

За выходные Людмила переписала, наконец, статью Житниковой. Она изменила название на «Связующую нить» и закончила ее словами: «Не рвите те волшебные ниточки, что протянуты между двумя любящими сердцами. Берегите их, всеми силами укрепляйте.