Смерть коллекционера

Однако давайте сразу определимся – следует ли нам считать эту речь признанием в убийстве?

– Пока нет, – нимало не смутившись, отвечала Хильда Лейк. – Впрочем, если официальными лицами будет признана версия насчет суицида, я, пожалуй, позднее возьму на себя ответственность за уход дражайшего дядюшки в мир иной. Исключительно чтобы защитить честь семьи. По-моему, полезное для окружающих, грамотно мотивированное убийство куда пристойнее, чем какой-то там бесхребетный суицид.

Маркхэм побагровел – непочтительность Хильды Лейк взбесила его.

– Здесь не место для упражнений в остроумии!

– О, разумеется! – Хильда Лейк смерила Маркхэма ледяным взглядом. – Напротив, нам выпал отличный случай продемонстрировать скорбь. Правда, я в скорби не сильна. Ничего, буду стараться изо всех сил.

– Кто, кроме вас, – заговорил Маркхэм, из последних сил сдерживая негодование, – имел причины убить вашего дядю?

Мисс Лейк подняла глаза к потолку, как бы размышляя, и присела на краешек письменного стола.

– Всех и не упомнить, – безразличным тоном начала она. – О мертвых принято говорить либо хорошо, либо ничего, но это полная чушь. Тот факт, что дядюшка Арчер остыл, не делает его симпатичнее. Да, есть люди, для которых мертвый он гораздо предпочтительнее живого.

Хис во время этой исполненной цинизма беседы отмалчивался, попыхивал длинной черной сигарой и не сводил с Хильды изумленных глаз. Однако тут не стерпел:

– Вас послушать, так вы спали и видели, как бы дядюшку схоронить.

Хильда Лейк окинула сержанта уничижительным и одновременно кокетливым взглядом.

– Милый мой мистер Полисмен, я лишь хотела убедиться, что дядя действительно мертв.

Маркхэм шагнул вперед и процедил:

– Вы жестокая, бессердечная женщина, мисс Лейк.

Вэнс протянул Хильде Лейк портсигар:

– Не желаете «Реджи»? Угощайтесь, прошу вас.

– Спасибо, не желаю. – Хильда глядела теперь на труп Арчера Коу.

Маркхэм воспользовался этой фразой:

– Вас не затруднит назвать тех, кого обрадует смерть мистера Коу?

– Ничуть. И вот, кстати: есть пара-тройка китайцев, у которых дядюшка почти за бесценок выманил их драгоценные черепки.