Тринадцать

– Почему-то мне кажется, что это далеко не вся история, – заметил Гарри.

Покрутив янтарную жидкость в стакане, я поднес его к свету. Сделал еще глоток и поставил стакан на стол.

– Сегодня я познакомился с Руди Карпом. Он нанял меня в качестве еще одного члена команды защиты Роберта Соломона.

Гарри встал. Махом заглотил остатки скотча и поставил пустой стакан рядом с моим.

– В таком случае я должен уйти, – объявил он.

– С чего это вдруг?

Гарри вздохнул, засунул руки в карманы брюк и уставился в пол.

– Насколько я понимаю, вы познакомились лишь сегодня днем. И до этого Руди Карп к тебе не обращался. Ни по «мылу» не писал, ни по телефону не звонил. Я прав?

– Верно. А как ты узнал?

– Руди сказал тебе, почему нанял именно тебя?

– Я вроде как и сам допер. Я – расходный материал. Моя задача – задать перцу копам. Если присяжным это не понравится, команда защиты откажется от меня, и все сделают вид, будто ничего такого и не было. Я – буфер между Руди и присяжными. Он должен сохранить свою репутацию в глазах членов жюри, если этот сценарий не прокатит.

Схема не слишком-то для меня выгодная, но я хочу помочь этому парню – Бобби. Да, я знаю, что он кинозвезда и все такое, но он мне нравится. И я думаю, что он невиновен.

– А я думаю, что Руди требовалась история, на которую ты бы купился. В каком-то смысле это выглядит более убедительно, если ты сам считаешь, что схема не слишком-то для тебя выгодная. Это как раз и объясняет, почему они наняли тебя всего за день до отбора присяжных.

Тут настала уже моя очередь насторожиться. Я сел прямо и полностью сосредоточился на Гарри.

– Гарри, заканчивай ходить вокруг да около. Выкладывай.

– В пятницу мне звонила судья Коллинз. Сказала, что чувствует себя как-то странно. Меня это не удивило. В течение всего последнего года она только тем и занималась, что подготовкой судебного процесса по делу Соломона. Уже было с десяток слушаний по доказательной базе, рассмотрений ходатайств о закрытии дела, чего только ни хочешь.

Две недели назад она переехала в отель, чтобы иметь пространство и спокойную обстановку для работы. Ровена Коллинз, при всех ее недостатках, – это судья, которая не против тяжелой работы. Во всяком случае, я подумал, что это просто стресс. Подобное дело всегда берет свое.

Гарри замолчал, глубоко задумавшись. Я ничего не ответил, зная, что остальное он скажет мне, когда соберется с мыслями.

– А в субботу утром мне позвонили из больницы.