Смерть под ее кожей

– Обязательно приходи, – сказала она, завела руку за спину и сжала мое плечо. – У меня новый номер, тебе понравится.

– Тогда я подумаю.

Мы с мисс Пентикост прошли под аркой и оказались в узком проходе между деревянным забором и разного рода павильонами и стендами.

– Ваша подруга? – спросила мисс П., бросив взгляд назад.

– Фрида? Ну да. Мы дружили.

Она подняла бровь.

– Ну ладно, иногда не просто дружили, – признала я. – Но ничего серьезного.

– Вы упоминали отношения с Человеком-змеей, но у меня создалось впечатление, что это мужчина.

– Это был другой Человек-змея.

В этот раз она подняла обе брови.

– Не смотрите на меня так, – сказала я. – Я была очень молода и… молода. Так, вы ведь вроде хотели увидеть «Аллею диковин». Вот она.

Я быстро зашагала вперед, подальше от мисс Пентикост и ее бестактных вопросов о моей бесшабашной юности.

Павильоны по обеим сторонам «Аллеи» располагались в шахматном порядке, чтобы артисты не конкурировали друг с другом и получали одинаковое внимание публики.

Я помахала рукой, приветствуя Мальчика-аллигатора (настоящее имя Мануэль), чья кожа нуждалась лишь в легком гриме для сходства с рептилией. Кивнула Человеку-болту, который засунул в ноздрю трехдюймовый гвоздь, отчего стоящих перед ним двух девушек стошнило. И заглянула к самой маленькой в мире лошади (миниатюрная чубарая пони по кличке Джинглз), которая ткнулась мордой мне в ладонь.

На полпути, там, где дорожка сворачивала под прямым углом, стенды уступили место трейлеру. Это был переделанный железнодорожный вагон раз в десять больше жилища Большого Боба. И это не считая пристройки – хижины на крыше вагона. Судя по крохотному оконцу с одной стороны, лачугу использовали не только как склад.

Вывеска на двери провозглашала: «Дом ядовитых гадов», причем каждая буква была извивающейся змеей или свернувшимся пауком.

Я подождала мисс Пентикост.

– Входите, – сказала я. – Вы должны познакомиться с Рэем.

Внутри было сумрачно и градусов на десять теплее, чем в августовский день снаружи. В комнату были втиснуты три ряда стеклянных ящиков, образуя проход в форме буквы U, чтобы посетители могли осмотреть экспонаты и выйти там же, где и вошли. Ящики стояли на задрапированных тканью постаментах прямо на высоте глаз.