Песнь Сюзанны

Может, место, которое она создала сама, может, ее воображаемая версия куонсетского модуля[21 - Куонсетский модуль – ангар полуцилиндрической формы из гофрированного железа, используемый в качестве временной армейской казармы или хозяйственной постройки. Первые строения подобного типа были собраны на авиабазе ВМС США в местечке Куонсет-Пойнт, штат Род-Айленд.], найденного Джейком на западном берегу реки Уайе.

Следующее воспоминание пришлось уже на Нью-Йорк. Ее глаза превратились в окна. Сквозь них она смотрела, как Миа отбирает туфли у какой-то перепуганной женщины.

Сюзанна попыталась вмешаться, обратилась к женщине за помощью. Хотела сказать, что ей нужно в больницу, что ей нужен врач, что она собирается рожать и с этим у нее какие-то сложности. Но прежде чем успела продолжить, очередная схватка скрутила ее, сопровождаемая чудовищной, захватывающей все тело болью, какую она не испытывала никогда в жизни, даже после того, как ей отрезало ноги. Эта боль… эта…

– О Боже, – вырвалось у нее, но Миа опять оттерла ее, прежде чем она успела что-то добавить, велела Сюзанне замолчать и сказала женщине, что она может остаться без пары чего-то более ценного, чем туфли, если попытается обратиться к копам.

Миа, послушай меня, подала голос Сюзанна. Я снова могу это остановить… Думаю, что могу… но ты должна помочь. Ты должна сесть. Если не сядешь, сам Господь не сможет помешать схваткам довести дело до естественного завершения. Ты меня понимаешь? Ты меня слышишь?

Миа слышала. Какое-то время стояла на месте, наблюдая за женщиной, у которой отняла туфли.

Сюзанна почувствовала, что похитительница ее тела впервые ощутила огромность города, в который попала, увидела толпы спешащих пешеходов, потоки металлических карет (и каждая третья ярко-желтая, до рези в глазах), дома-башни, такие высокие, что в облачный день их верхние этажи пропали бы из виду.

Обе женщины смотрели на незнакомый город через одну пару глаз. Сюзанна знала, что это ее город, но уж очень он изменился.

Их общий взгляд нашел маленький скверик на другой стороне авеню. Схватки на какое-то время прекратились, и когда зажглась белая табличка ИДИТЕ, черная женщина, которая, на взгляд Труди Дамаскус, совсем не выглядела беременной, медленно, но уверенно пересекла мостовую.