Песнь Сюзанны

А самый последний раз этой дверью воспользовалась Сюзи, и он намеревался проскочить в дверь, как только она откроется вновь. Если потом она откроется еще раз, в маленьком городке штата Мэн, где спрятались от нью-йоркских бандитов Келвин Тауэр и его друг Эрон Дипно, что ж, будем петь и плясать. Если остальные отправятся туда, пытаясь защитить Тауэра и приобрести право владения на некий пустырь и некую дикую розу, флаг им в руки. Эдди же самым важным для себя считал Сюзанну. Все остальное – вторичным.

Даже Башню.

6

– Кого ты пошлешь через дверь, когда она откроется в первый раз? – спросил Хенчек. Роланд обдумывал ответ, рассеянно поглаживая шкаф с книгами, который по настоянию Келвина Тауэра оказался в Пещере двери. В шкафу стояла книга, так расстроившая отца Каллагэна. Он не хотел посылать Эдди, и так по натуре импульсивного, а теперь еще и ослепленного любовью и тревогой, за его женой. Однако подчинится ли Эдди, если он прикажет ему отправляться за Тауэром и Дипно? Роланд в этом сильно сомневался.

– Стрелок? – подал голос Хенчек.

– Когда дверь откроется в первый раз, через нее пройдем мы с Эдди, – ответил Роланд. – Дверь захлопнется сама?

– Именно захлопнется, – кивнул Хенчек. – Вы должны быть быстрее укуса дьявола, а не то вас рассечет пополам; и одна половина останется здесь, вторая – в том месте, куда перенеслась темнокожая женщина.

– Мы будем быстры, не сомневайся, – заверил его Роланд.

– Уж постарайтесь. – И опять сверкнули зубы Хенчека.

– На вашем месте я бы оставил оружие здесь, – продолжил Хенчек. – Если попытаетесь пронести его с собой, возможно, потеряете.

– Я с пистолетом не расстанусь, – ответил Джейк. – Принес его с той стороны, следовательно, с ним ничего не должно случиться. А если он потеряется, я так или иначе найду другой.

– Думаю, мои тоже попадут на ту сторону двери, – добавил Роланд.

Хенчек пожал плечами, как бы говоря: «Воля ваша».

– А как насчет Ыша? – спросил Эдди.

Глаза Джейка широко раскрылись, челюсть отвисла. Роланд понял, что до этого момента мальчик и не думал о своем друге-путанике. И отметил про себя (уже не в первый раз), как легко забыть о Джоне «Джейке» Чеймберзе самое главное: он еще ребенок.