Всё предельно

 – У меня на коленях стояла миска с попкорном, и я засунул пригоршню в рот. Разговор начал меня забавлять.

– Другие обещают – я выполняю. Но этот разговор мы должны продолжить лицом к лицу. Сможете со мной встретиться?

– Вы – гей? – спросил я.

– Нет. – В голосе вновь слышались насмешливые нотки. Едва-едва заметные. Но я-то их почувствовал, потому что показал себя полным кретином, начав разговор первым. – Моя сексуальная ориентация здесь совершенно ни при чем.

– Тогда чего вам надо? Среди моих знакомых нет человека, который мог бы позвонить мне в половине десятого и предложить работу.

– Сделайте мне одолжение. Положите трубку и пройдитесь в прихожую.

Бред какой-то. Но что мне было терять? Я прошелся и увидел на полу белый конверт. Кто-то бросил его в щель для почтовой корреспонденции, пока я смотрел, как Клинт Иствуд преследует Дона Страуда в Центральном парке. Первый конверт из многих, хотя, конечно, тогда я этого не знал. Вскрыл – и мне в ладонь выпали семь десяток.

«Это может быть началом великой карьеры».

Я вернулся в гостиную, не отрывая взгляда от денег. Представляете себе, в каком я был состоянии? Чуть не сел на миску с попкорном. Заметил в последний момент, отодвинул в сторону и плюхнулся на диван. Поднял трубку, ожидая, что Шарптон уже отбыл по своим делам, но стоило мне сказать: «Эй?» – он сразу откликнулся.

– И что все это значит? – спросил я. – Почему вы мне прислали эти семьдесят баксов? Я их оставлю, но не буду считать себя чем-то вам обязанным.

– Деньги ваши, – отвечает Шарптон, – и никто не спросит, откуда они у вас взялись. Но я открою вам один секрет, Динк: на этой работе деньги особого значения не имеют. Главное – дополнительные льготы. Они дают гораздо больше.

– Если вы так говорите…

– Абсолютно. И я прошу лишь одного: встретиться со мной и услышать чуть больше. Я предложу вам такое, что изменит всю вашу жизнь. Фактически откроет дверь в новую жизнь.

– А если я откажусь от вашей работы?

– Я пожму вам руку, хлопну по плечу и пожелаю удачи.

– И где вы хотите со мной встретиться? – Большая моя часть, практически весь я, по-прежнему полагала, что меня разыгрывают, но появилась толика, придерживающаяся иного мнения. Во-первых, я держал в руках деньги.