Воспламеняющая

Слишком много тревожных полувоспоминаний. Слишком легко убедить себя, что они были лишь галлюцинациями. Вики уже почти согласилась это принять. Участник эксперимента, вырвавший себе глаза. Какая-то девушка кричит, что лучше ей умереть, что смерть лучше, чем это, даже если придется оказаться в аду и гореть там веки вечные. У кого-то остановилось сердце, и его увезли с леденящим душу профессионализмом. Потому что – давай это признаем, Энди, старина, – мысли о телепатии тебя не пугают. Тебя пугает другое: а вдруг что-то из этого действительно произошло?

Постукивая каблуками, Энди подошел к большой двустворчатой двери.

Попытался открыть. Заперто. Через стеклянную панель он видел пустой вестибюль. Энди постучал, а когда заметил идущего к двери человека, чуть не дал деру, потому что не сомневался: из заполнявших вестибюль теней выплывет лицо Ральфа Бакстера или мужчины со светлыми волосами до плеч и маленьким шрамом на подбородке.

Он ошибся. К двери подошел и выглянул наружу типичный охранник из службы безопасности колледжа: лет шестидесяти с небольшим, с вечно недовольной морщинистой физиономией, настороженными голубыми глазами, слезящимися из-за пристрастия к спиртному.

На ремне у него висели большие табельные часы.

– Здание закрыто! – рявкнул он.

– Знаю, – ответил Энди, – но я участвовал в эксперименте в аудитории семьдесят, который закончился этим утром, и…

– Не важно! В будние дни здание закрывается в девять вечера. Приходи завтра!

– …и я думаю, что оставил там часы, – закончил фразу Энди.

Часов у него никогда не было. – Эй, что скажете? Я только загляну туда и сразу вернусь.

– Я не могу этого разрешить, – ответил охранник, но без должной уверенности в голосе.

– Конечно, можете, – не задумываясь, произнес Энди тихим голосом. – Я слетаю туда и больше не буду вам докучать. Вы обо мне даже не вспомните.

Что-то странное происходило в его голове: он словно подался вперед и толкнул этого старого ночного охранника, только не руками, а мысленно. Послал некий импульс. И охранник нерешительно отступил на два или три шага, отпустив дверь.

Немного встревожившись, Энди вошел. Голову пронзила резкая боль, которая быстро стихла до слабой пульсации, а через полчаса исчезла вовсе.

– Скажите, с вами все в порядке? – спросил он охранника.

– Что? Конечно, в порядке. – Подозрительность охранника как ветром сдуло. Он одарил Энди дружелюбной улыбкой. – Иди и поищи свои часы. Можешь не торопиться. Я и не вспомню, что ты здесь был.

И он ушел.