Воспламеняющая взглядом

– Почему?

– Бен Франклин не на пятисотдолларовой бумажке, а на сотенной. Очевидно, Макги не знал.

– Дайте-ка взглянуть снова.

Эл протянул долларовую купюру Кэпу, и тот минуты две пристально вглядывался в нее. Когда он уже собирался отдать ее, она на миг снова будто изменилась, стала другой. Но по крайней мере на сей раз он был уверен, что все это произошло у него в голове, а не в купюре… на купюре или где-то там еще.

– Скажу вам больше, – сказал Кэп. – Не уверен, что Франклин на купюре в очках. Иначе говоря, это… – Он замолчал, не зная, как закончить свою мысль.

В голову пришло нечто чертовски сверхъестественное, и он отбросил его.

– Да, – сказал Эл. – Что бы это ни было, оно постепенно исчезает. Сегодня утром я показал ее, вероятно, шестерым. Двоим показалось, будто мелькнуло что-то, но совсем не то, что видели водитель и девица, с которой он живет.

– Так вы считаете, что его посыл был слишком сильным?

– Да. Он вряд ли в состоянии двигаться после этого. Они могли переночевать в лесу или в каком-то отдаленном мотеле.

Могли проникнуть в один из дачных домиков округи. Думаю, что где-то рядом и мы захватим их без особого труда.

– Сколько людей нужно для этого?

– Людей достаточно, – сказал Эл. – С учетом полиции штата в этом семейном пикнике участвует более семисот человек. В боевой готовности. Они обойдут все дома, постучатся в каждую дверь. Мы уже проверили все отели и мотели в близлежащем к Олбани районе – более сорока. Теперь прочесываем соседние городки. Мужчина и девочка… их видно, как волдырь на большом пальце.

Поймаем. Или одну девочку, если он умер. – Элберт встал. – Мне пора. Хотелось бы присутствовать при завершении операции.

– Конечно. Доставьте их мне, Эл.

– Обязательно, – сказал Элберт и направился к двери.

– Элберт?

Он повернулся – маленький человек с нездоровым желтым лицом.

– Кто же на самом деле на пятисотенной? Вы это проверили?

Элберт Стейновиц улыбнулся.

– Маккинли, – сказал он. – Его убили.

Он вышел, осторожно прикрыв за собой дверь и оставив Кэпа погруженным в раздумье.

Через десять минут Кэп снова нажал на кнопку переговорного устройства:

– Рэйчел, Рэйнберд уже вернулся из Венеции?

– Еще вчера, – сказала Рэйчел, и Кэпу показалось, что он услышал неприязнь даже в тщательно отработанном тоне секретарши-при-боссе.

– Он здесь или на Сэнибеле? – Контора имела свой дом отдыха на острове Сэнибел во Флориде.

Пауза – Рэйчел сверялась с компьютером.

– В Лонгмонте, Кэп.