Волки Кальи

 – Приходите 15 июля, тогда у нас, возможно, появится тема для обсуждения. Возможно. Впрочем, поговорить мы сможем после Четвертого июля. Как мне кажется. Если будет на то у вас желание. – Он улыбнулся, показывая, что честно пытается учесть не только свои интересы. – Но сейчас? Я просто не вижу в этом смысла. Еще и июнь-то не начался. И, к вашему сведению, моя фамилия…

– Он не понимает, – вздохнул Балазар. Посмотрел на Андолини, на второго своего телохранителя – с большим носом, поднял руки на уровень плеч, уронил вниз.

«Что же не так с нашим миром?» – вопрошал этот жест. – Джек? Джордж? Этот мужчина взял у меня чек на приличную сумму, единицу с пятью последующими нулями, а теперь говорит, что не видит смысла в разговоре со мной.

– Невероятно, – откликнулся Бьонди. Андолини промолчал. Просто смотрел на Келвина Тауэра, мутно-карие глаза выглядывали из-под мощных надбровных дуг и плоского лба, словно маленькие зверьки – из пещеры. С таким лицом, отметил Джейк, нет нужды в словах. Человек и так все поймет.

– Я хочу поговорить с вами, – все тот же ровный, спокойный голос, но теперь взгляд Балазара буквально впился в лицо Тауэра. – Почему? Потому что мои работодатели хотят, чтобы я с вами поговорил. И для меня это веская причина. И знаете, что я вам скажу? Думаю, получив от меня сто «штук», вы можете уделить мне пять минут для непринужденной беседы. Не правда ли?

– Тех ста тысяч уже нет, – сухо ответил Тауэр. – И я уверен, что вы и те, кто вас нанял, должны это знать.

– Меня это не волнует, – пожал плечами Балазар.

 – Какое мне до этого дело? Деньги-то ваши. Меня волнует другое, собираетесь вы выполнять нашу договоренность или нет? Если нет, боюсь, нам придется поговорить прямо здесь, перед всем миром.

Весь мир состоял из Эрона Дипно, одного ушастика-путаника и пары ньюйоркцев из другого мира, которых никто не мог видеть. Старики, сидевшие за стойкой, трусливо ретировались.

Тауэр предпринял еще одну попытку.

– Я не могу оставить магазин. Близится перерыв на ленч, и в это время к нам частенько заходят…

– Магазин не приносит и пятидесяти баксов в день, – ответил ему Андолини, – и мы все это знаем, мистер Торен.

Но если вы боитесь упустить щедрого клиента, пусть он посидит несколько минут за кассовым аппаратом.

На какое-то ужасное мгновение Джейк подумал, что тот, кого Эдди назвал Стариной Двойным Уродцем, говорит про него, Джона «Джейка» Чемберза. Потом до него дошло: Андолини указывал на Дипно.

Тауэр сдался. Или Торен.