Стрелок. Извлечение троих. Бесплодные земли

Тени, однако, не двинулись дальше, хотя тех, кто отбрасывал эти тени, по-прежнему не было видно. Это были Хакс и солдат из дворцовой стражи. Ребята остались сидеть на месте. Если бы они сейчас зашевелились, их бы наверняка услышали.

– …наш добрый друг, – закончил свою фразу стражник.

– Фарсон?

– Через две недели, – ответил стражник. – Может быть, через три. Придется тебе пойти с нами. Партия на грузовом складе… – Тут с кухни донесся какой-то особенно громкий грохот котелков и кастрюль, а вслед за ним – проклятия, шквал которых обрушился на неуклюжего поваренка, рассыпавшего посуду.

Шум поглотил слова стражника. Ребята услышали лишь окончание: – …отравленное мясо.

– Рискованно.

– Не спрашивай, чем может тебе услужить наш добрый друг… – начал стражник.

– …спроси лучше, чем можешь ты услужить ему, – вздохнул Хакс. – Да уж, солдат, не спрашивай.

– Ты знаешь, о чем я, – спокойно вымолвил стражник.

– Да. И я помню, чем я ему обязан. Не надо меня учить. Я точно так же, как ты, уважаю его и люблю.

Я готов броситься в море, если он скажет, что так надо.

– Вот и славно. Мясо будет промаркировано как продукт краткосрочного хранения. И тебе надо будет поторопиться. Ты же сам понимаешь.

– Там, в Тонтоуне, есть дети? – спросил повар. На самом деле это был даже и не вопрос.

– Везде есть дети, – мягко ответил стражник. – Как раз о детях-то мы и печемся.

– Отравленное мясо. Странный способ позаботиться о детишках. – Хакс тяжело, со свистом, вздохнул.

 – Они что, будут корчиться, хвататься за животики и звать маму? Да, наверное, так и будет.

– Они просто уснут, – сказал стражник, но его голос звучал как-то уж слишком уверенно.

– Да, конечно. – Хакс коротко хохотнул.

– Ты сам это сказал: «Солдат, не спрашивай». Тебе же не нравится, что детьми управляют под дулом ружья, когда они могли бы начать строить новую жизнь, новый мир – под его руководством?

Хакс промолчал.

– Через двадцать минут мне пора заступать на пост. – Голос стражника вновь стал спокойным.

 – Выдай-ка мне покуда баранью лопатку. Пожалуй, схожу ущипну там кого-нибудь из твоих кухонных девок. Пусть себе похихикает. А когда я уйду…

– От моего барашка у тебя колик в желудке не будет, Робсон.

– А ты не хочешь…

Но тут тени сдвинулись, и голоса затихли вдали.

«Я бы мог их убить, – подумал Роланд, обмирая от запоздалого страха. – Я бы мог их убить, их обоих. Своим ножом. Перерезать им глотки, как свиньям».